Отныне Старцев утратит последние капли жизни — не только память о прошедшем, но даже свое имя и фамилию. Теперь у него лишь безликое отчество, соответствующее его образу жизни, заменяющее и.о., — Ионыч. Он одинок. Живется ему скучно, ничто его не интересует. Эволюция окончена. И Чехов просто подводит черту: «Вот и все, что можно сказать про него». И будто вслед Старцеву несется комический трагизм последнего «Прощайте, пожалуйста». И только в конце раскрывается подтекст говорящих фамилий. Старцевы и туркины — вот основная масса населения. Других фамилий в рассказе нет, как не было других людей во множестве городов и городков России конца прошлого столетия.