Система телевизионного вещания в Китае: комплексный анализ исторического развития, структуры, регулирования и цифровой трансформации

В эпоху глобальной медиаконвергенции и стремительной цифровой трансформации, изучение медиасистем ведущих мировых держав приобретает особую значимость. Среди них Китайская Народная Республика занимает уникальное положение, демонстрируя парадоксальное сочетание жесткого государственного контроля и беспрецедентных темпов технологического развития. По состоянию на конец 2020 года, Китай полностью завершил переход от беспроводного аналогового вещания к цифровому, охватив кабельным телевидением 210 миллионов домохозяйств, а прямым спутниковым вещанием — 130 миллионов. Эти впечатляющие цифры красноречиво свидетельствуют о масштабе и влиянии китайского телевидения, превратившегося из отстающей индустрии в лидирующую отрасль страны к своему 50-летнему юбилею в 2008 году.

Предлагаемое исследование призвано стать всесторонним анализом системы организации телевизионного вещания в Китае, охватывая ее историческое развитие, современную структуру, особенности программирования и регулирования. Оно адресовано студентам, аспирантам и магистрантам, изучающим журналистику, медиакоммуникации, международные отношения и китаеведение, и призвано служить основой для академических работ. Актуальность выбранной темы обусловлена не только возрастающей ролью Китая на мировой арене, но и необходимостью глубокого понимания механизмов функционирования медиасистемы, которая является ключевым инструментом в формировании общественного мнения, распространении идеологии и реализации внешнеполитических задач. В данной работе мы последовательно рассмотрим основные этапы эволюции китайского телевидения, раскроем сложность его государственного регулирования, изучим специфику программного контента и оценим влияние цифровизации на его современное состояние, а также обозначим перспективы и вызовы, стоящие перед китайским телевещанием в XXI веке.

Теоретические основы и понятийный аппарат

Для глубокого понимания специфики китайской медиасистемы необходимо прежде всего очертить терминологические границы исследования. Сложные концепции требуют четких определений, которые станут нашими ориентирами в анализе столь многогранного явления, как телевизионное вещание в КНР.

Определение системы телевизионного вещания

Когда мы говорим о телевидении, мы часто представляем себе лишь экран, на котором транслируются программы. Однако за этой видимой простотой скрывается сложная инженерно-техническая и организационная система. Телевидение, или система телевещания, — это, по своей сути, комплексная телекоммуникационная система, предназначенная для вещания и передачи на расстояние как движущегося изображения, так и сопровождающего его звука. Это не просто передача сигнала, а целая экосистема, включающая в себя множество компонентов.

Современная телевизионная система представляет собой совокупность оптических, электронных и радиотехнических устройств, позволяющих принимать и передавать информацию о пространственно-излучательных характеристиках подвижных цветных объектов. То есть, от момента съемки до появления изображения на экране задействована целая цепочка технологий. Более формально, система вещательного телевидения определяется как набор характеристик и параметров, которые определяют методы формирования, передачи и приема информации об изображении и звуке. Это включает в себя стандарты вещания, форматы сжатия, протоколы передачи данных и многие другие технические аспекты, которые обеспечивают целостность и качество телевизионного продукта, доходящего до конечного потребителя, что критически важно для эффективного функционирования любого современного медиапространства.

Концепция медиаконвергенции в контексте КНР

В XXI веке медиаландшафт претерпевает кардинальные изменения, и ключевым драйвером этих трансформаций является медиаконвергенция. Это не просто модное слово, а фундаментальный процесс интеграции традиционных и новых медиа. Результатом этой интеграции становится не только дублирование контента на различных платформах, но и появление совершенно новых медиаплощадок и форматов.

В более широком смысле, медиаконвергенция понимается как сближение и слияние на цифровой основе различных медийных платформ и типов СМИ. Это означает, что газеты, радио, телевидение и интернет перестают быть изолированными сущностями, а начинают взаимодействовать, обмениваться контентом и даже сливаться в единые мультимедийные конгломераты. Этот процесс не является однородным и может проявляться на многих уровнях, оставаясь при этом единым явлением:

• Технологическая конвергенция: Самый очевидный уровень, связанный с оцифровкой контента, а также сближением и слиянием сетей передачи данных (например, интернет-протоколы для ТВ) и терминалов (например, смартфоны, планшеты, «умные» телевизоры, способные воспроизводить контент из разных источников).
• Экономическая конвергенция: Проявляется в слиянии и поглощении компаний из разных секторов медиаиндустрии, например, телеканалов и интернет-провайдеров, или компаний, работающих в сфере индустрии развлечений, с медиахолдингами.
• Социальная конвергенция: Отражает растущую роль пользователей в создании и распространении контента (User-Generated Content, UGC), а также изменение моделей потребления медиа.
• Текстовая конвергенция: Заключается в адаптации и изложении информации на нескольких медийных платформах, когда один и тот же новостной сюжет может быть представлен в текстовом виде на сайте, в видеоформате на YouTube, в виде подкаста и интерактивной инфографики.
• Типологическая конвергенция: Сближение различных типов СМИ, когда, например, онлайн-издание начинает производить видеоконтент, а телеканал запускает собственный текстовый блог.
• Организационная конвергенция: Возникновение мультимедийных редакций, где журналисты работают сразу для нескольких платформ, а производственные процессы оптимизируются для создания кросс-платформенного контента.
• Смысловая конвергенция: Исследование диалогики текста, когда различные медиаформаты и платформы вступают в диалог друг с другом, дополняя и обогащая общую картину информации.

В контексте КНР медиаконвергенция приобретает особую окраску, поскольку происходит под пристальным вниманием государства, которое стремится использовать новые технологии не только для модернизации медиаиндустрии, но и для более эффективного контроля над информационным пространством, что является фундаментальным элементом для поддержания стабильности и реализации долгосрочных стратегических целей.

Исторический путь китайского телевидения: от «Маленького кино» до цифровой эры

Путешествие китайского телевидения – это история стремительного роста, идеологических трансформаций и впечатляющего технологического прогресса. От скромных начинаний в середине XX века до статуса одной из ведущих мировых медиаиндустрий, этот путь был насыщен ключевыми событиями, формировавшими уникальный облик китайского телевещания.

Зарождение (1958-1966 гг.): Первые шаги и феномен «Маленького кино»

История китайского телевидения началась в 1958 году, став ярким символом послереволюционного строительства и стремления к модернизации. Именно тогда, 1 мая 1958 года, была создана первая в стране телестанция — Пекинская. Ей быстро последовала Шанхайская телестанция, начавшая вещание 1 октября того же года. Эти первые ласточки предвещали грядущую медиареволюцию, но их первоначальный формат был далек от современного телевидения.

Период с 1958 по 1966 год вошел в историю как эпоха «Маленького кино». Это название прекрасно отражает характер тогдашнего эфира: подавляющее большинство программ Пекинской телестанции — целых 75% — составляли фильмы, а еще 15% были отданы под спектакли. Телевидение воспринималось скорее как передвижной кинотеатр или сценическая площадка, предоставляя доступ к визуальному искусству широким массам. Несмотря на техническую простоту и ограниченность ресурсов, уже тогда китайские телестанции проявляли стремление к международному взаимодействию, демонстрируя раннее осознание потенциала телевидения как инструмента культурной дипломатии, ведь к 1960 году они отправляли 61 телепрограмму в 7 стран мира, а к 1965 году установили отношения по обмену телепередач с телевизионными организациями 27 стран. В эти годы также активно развивалось собственное драматическое производство: было создано почти двести эпизодов односерийных телевизионных драм, показанных в прямом эфире, что свидетельствует о живом творческом поиске и формировании уникальных форматов.

Период «Культурной революции» (1967-1976 гг.): Ужесточение контроля и идеологизация

Наступившая в 1967 году «Культурная революция» стала переломным моментом для всего китайского общества, и телевидение не стало исключением. Этот десятилетний период характеризовался беспрецедентным ужесточением контроля за всеми сферами культуры, включая телепрограммы. Свобода творчества была принесена в жертву идеологической чистоте, а медиа превратились в мощный рупор политической пропаганды.

В это время действовал строгий запрет на показ так называемых «плохих передач». Под этим расплывчатым, но весьма действенным определением скрывалось любое содержание, не соответствующее жестким политическим и идеологическим установкам того времени. Фильмы, спектакли, или даже новостные сюжеты, которые не отражали революционные идеи, принципы «классовой борьбы» или воспринимались как «буржуазные» и «антипартийные», немедленно изымались из эфира. Эфир был заполнен восхвалением лидера, трансляцией идеологически выверенных материалов и лозунгов. Это был период, когда телевидение окончательно закрепилось в роли важнейшего инструмента Коммунистической партии для формирования общественного сознания и контроля над умами населения, поскольку через медиа осуществлялась бесперебойная трансляция официальной идеологии и укрепление единства вокруг партии. Развлекательный контент практически исчез, уступив место прямой агитации и информационным выпускам, строго соответствующим официальной линии.

Возрождение и расцвет (1977-1989 гг.): Появление рекламы и экспансия

После завершения «Культурной революции» Китай вступил в новую эпоху реформ и открытости, что не могло не отразиться на телевизионной индустрии. Началось медленное, но уверенное возрождение и трансформация.

Знаковым событием стало официальное начало выхода передачи «Серия новостей» по Пекинскому каналу 1 января 1978 года, что ознаменовало возвращение к более регулярному и структурированному информационному вещанию. Еще более важным шагом стало переименование Пекинской телестанции в «Китайскую центральную телестанцию» (CCTV) 1 мая 1979 года. Этот ребрендинг не только закрепил за CCTV статус главного национального вещателя, но и стал предвестником ее будущего доминирования в медиапространстве страны. В это же время произошли и экономические изменения: 28 января 1979 года в китайской истории появилась первая телевизионная реклама, показанная 8 раз по Шанхайскому каналу. Это был революционный шаг, открывший двери для коммерциализации и новых источников финансирования. Уже в декабре 1979 года CCTV начало транслировать рекламу товаров и магазинов по 5 минут в день, что свидетельствовало о признании коммерческого потенциала телевидения.

Период с 1983 по 1989 год считается временем настоящего расцвета китайского телевидения. Статистика говорит сама за себя: в 1982 году в Китае насчитывалось менее 20 городских и уездных телестанций, но к 1985 году их число взлетело до 172. Это был взрывной рост, который сопровождался расширением охвата аудитории, в том числе за счет спутникового вещания. К 1990 году программы CCTV передавались через спутники, достигнув 78% территории Китая, что стало огромным шагом к обеспечению всеобщего доступа к телевидению. Этот период заложил основы для дальнейшего развития и превращения телевидения в мощный инструмент как развлечения, так и государственной коммуникации, а также стал фундаментом для последующей интеграции в мировую медиасистему.

Интеграция в мировую медиасистему и юбилей (1990-е — 2008 гг.)

Вступление Китая в 1990-е годы ознаменовало начало нового этапа для его телевизионной индустрии – этапа активной интеграции в мировую медиасистему и дальнейшего технологического совершенствования. Этот период был отмечен не только расширением вещания, но и качественным ростом, который подготовил почву для превращения китайского телевидения в одного из глобальных игроков.

По мере того как Китай укреплял свои позиции на международной арене, росла и амбициозность его медиа. Телевидение активно осваивало новые технологии, наращивало производственные мощности и экспериментировало с форматами, перенимая лучший мировой опыт, но при этом сохраняя национальную специфику. К 2008 году, когда китайское телевидение праздновало свой 50-летний юбилей, оно подошло уже в совершенно ином статусе. Из отрасли, которая когда-то была скромным «Маленьким кино» и затем переживала период жесткой идеологизации, оно превратилось в лидирующую отрасль Китая. Этот статус был достигнут благодаря значительным успехам в технологическом развитии (внедрение цифровых стандартов), масштабному расширению вещания (сотни каналов, доступные по всей стране и за ее пределами), а также созданию разнообразного и качественного контента, способного конкурировать на внутреннем и международном рынках. Юбилей стал не просто датой, а символом грандиозного пути, проделанного китайским телевидением, и подтверждением его колоссального влияния на жизнь каждого гражданина КНР, что также подчеркивает стратегическое значение медиа для национальной консолидации.

Структурные особенности и государственная система регулирования

Система телевизионного вещания в Китае представляет собой сложный механизм, где переплетаются государственное управление, партийный контроль и специфические институциональные особенности. Понимание этой структуры является ключом к расшифровке логики функционирования всей медиасистемы КНР.

Государственное управление радиовещания и телевидения (NRTA): Функции и эволюция

В центре этой системы стоит мощный регулирующий орган – Государственное управление радиовещания и телевидения КНР (National Radio and Television Administration, NRTA). Это не просто административный орган; NRTA является министерством, находящимся под прямым контролем Отдела пропаганды Коммунистической партии Китая (КПК). Такая структура не оставляет сомнений в его ключевой роли: администрирование и надзор за всеми государственными предприятиями, работающими в теле- и радиоиндустрии. Его функции охватывают широкий спектр задач, от выдачи лицензий до утверждения контента и контроля за соблюдением идеологических установок.

Эволюция NRTA также весьма показательна. Оно было создано в 2018 году, заменив собой Государственное управление печати, публикаций, радио, кино и телевидения (SAPPRFT). Эта реорганизация не была чисто косметической. Она отражала стремление партии к дальнейшей централизации контроля над медиапространством и повышению эффективности надзора в условиях стремительного развития новых медиа. Передача функций от SAPPRFT к новому, более сфокусированному на радио и телевидении NRTA, подчеркнула стратегическую важность этих каналов коммуникации для КПК. Это укрепило прямую вертикаль власти, сделав регулирование еще более интегрированным в общую систему партийного контроля, что позволяет государству оперативно реагировать на изменения в информационном пространстве и эффективно формировать общественное мнение.

Нормативно-правовая база: Принцип «двойного руководства» и отсутствие Закона о СМИ

В отличие от многих стран, где медиарегулирование основано на всеобъемлющих законах о СМИ, в Китае ситуация иная. В КНР нет единого Закона о СМИ, хотя его необходимость активно обсуждается с 1980-х годов. Это создает своеобразный правовой ландшафт, где регулирование осуществляется через мозаику постановлений, актов, административно-правовых норм и, что самое важное, через прямой контроль со стороны партии и государства.

Отсутствие единого закона приводит к тому, что правила игры могут быть менее прозрачными и более подверженными интерпретации в зависимости от политической конъюнктуры. Однако это не означает правового вакуума. Деятельность китайских медиа регулируется Конституцией КНР и такими документами, как Положение «О раскрытии правительственной информации», Конвенция китайских журналистских сообществ об онлайновых СМИ и Временный порядок публикации новостей на интернет-сайтах.

Ключевым принципом, лежащим в основе регулирования, является так называемое «двойное руководство» СМИ, артикулированное и закрепленное в документах в 1991 году. Этот принцип подразумевает, что телестанции и другие медиа контролируются как местными властями (на уровне провинций, городов, уездов), так и центральным министерством (NRTA). Таким образом, создается многоуровневая система контроля, обеспечивающая жесткую вертик��ль власти и единообразие идеологической линии. В то же время, в политически нейтральных вопросах редакции могут обладать значительной независимостью, что позволяет им проявлять определенную гибкость в создании контента, не затрагивающего чувствительные темы, при этом сохраняя общую направленность, заданную центральной властью.

Четырехуровневая система вещания и государственная собственность

Фундаментальной особенностью китайской системы телевещания является ее структура и форма собственности. В стране утверждена четкая четырехуровневая система вещания. Это означает, что теле- и радиостанции создаются и функционируют на следующих уровнях:

1. Центральный уровень: Представлен национальными вещателями, охватывающими всю страну.
2. Провинциальный уровень: Телестанции, вещающие в пределах одной из провинций.
3. Городской уровень: Каналы, ориентированные на аудиторию крупных городов.
4. Уездный уровень: Локальные станции, обслуживающие более мелкие административные единицы.

Такая иерархическая структура позволяет государству не только обеспечивать широкий охват населения, но и дифференцировать контент, адаптируя его к потребностям и особенностям различных регионов, при этом сохраняя централизованный контроль.

Принцип государственной собственности является краеугольным камнем всей системы. Все телекомпании в Китае находятся в государственной собственности. Этот статус был официально закреплен постановлением Министерства телерадиовещания от 24 мая 1996 года «Об организации телевизионной и радиовещательной компании». Государственная монополия на телеиндустрию обеспечивает партии и правительству прямой контроль над производством, распространением и содержанием телеконтента, подчиняя его идеологическим и политическим задачам. Это фундаментальное отличие от многих западных медиасистем, где преобладает частная собственность, и оно определяет специфику всего медиаландшафта КНР.

Центральное телевидение Китая (CCTV): Флагман национальной медиасистемы

Среди всех вещателей в Китае безусловным флагманом и самым влиятельным игроком является Центральное телевидение Китая (CCTV). Основанное в 1979 году на базе Пекинской телестанции, CCTV стало основным телевещателем на территории материкового Китая, фактически формируя медиаповестку для сотен миллионов зрителей.

CCTV — это не просто телеканал, это огромный медиахолдинг, который управляет десятками каналов, ориентированных на различную аудиторию и тематику. От новостных и документальных до развлекательных и образовательных, каналы CCTV охватывают все возможные сегменты телесмотрения. Например, CCTV-1 является общенациональным каналом, транслирующим самые важные новости и государственные программы, в то время как CCTV-4 ориентирован на международную аудиторию, а CCTV-5 посвящен спорту. Благодаря своей разветвленной структуре и государственному финансированию, CCTV обладает колоссальными ресурсами для производства контента и обеспечения широчайшего охвата аудитории по всей стране. Оно играет ключевую роль в донесении официальной позиции партии и правительства, формировании общественного мнения и популяризации государственной политики, являясь центральным звеном в сложной системе китайской пропаганды и коммуникации, что подтверждает его статус стратегического государственного актива.

Программный контент китайского телевидения: между идеологией и развлечением

Программный контент китайского телевидения – это сложный гобелен, сотканный из нитей идеологического контроля, культурных особенностей и стремления к развлечению. В его структуре отчетливо прослеживается влияние Коммунистической партии Китая, которая использует телевидение как мощный инструмент для формирования общественного сознания и трансляции своих ценностей.

Идеологический контроль и цензурные директивы

Контроль над контентом является краеугольным камнем китайской медиасистемы. Правительство КНР стремится не только предотвращать нарушения налогового законодательства, но и корректировать поведенческие модели блогеров и медиа, чье влияние в цифровую эпоху значительно возросло. Этот контроль проявляется в многочисленных директивах и правилах, которые жестко регламентируют допустимое содержание.

Ярким примером являются выпущенные в декабре 2021 года Государственным управлением по делам телевидения и радиовещания КНР «Подробные правила по проверке стандартов содержания коротких видео в Интернете». Этот документ, состоящий из 100 пунктов, детально описывает запрещенный контент. Он включает 21 раздел, посвященный материалам, которые могут представлять угрозу системе социализма с китайской спецификой, проблемам сепаратизма, подрыву социальной стабильности и религиозной политике. Такие директивы свидетельствуют о том, что даже в быстро развивающемся сегменте коротких видео государство сохраняет полный контроль над идеологической чистотой.

Помимо этого, NRTA регулярно выпускает директивы, касающиеся более широкого спектра программ. Например, в 2011 году была издана директива «SAPPRFT’s Opinions On Strengthening The Programme Management of Satellite Television Channels», направленная на снижение чрезмерного акцента на чисто развлекательные программы на спутниковых телеканалах в пользу социально значимого и идеологически выверенного контента. А в сентябре 2021 года NRTA запретило вещателям демонстрировать «женоподобных мужчин и другую ненормальную эстетику», что является частью более широкой кампании по продвижению традиционных представлений о маскулинности и борьбе с «дегенеративными» культурными тенденциями. Эти меры демонстрируют, как государство активно формирует не только политический, но и культурно-эстетический ландшафт через телевизионный контент, обеспечивая соответствие его официальной идеологии и общественным нормам.

Роль телевидения как канала пропаганды и коммуникации

С момента своего зарождения телевидение в Китае рассматривалось как важнейший канал пропаганды и коммуникации между Коммунистической партией Китая, правительством и народом. Эта роль остается неизменной и по сей день. Государство монополизировало телеиндустрию, осуществляя всесторонний контроль над производством телеконтента и подчиняя его своим идеологическим задачам.

Использование телевидения в качестве инструмента пропаганды проявляется в нескольких ключевых аспектах:

• Приоритетное освещение достижений: Новостные и аналитические программы систематически акцентируют внимание на успехах партии и правительства, экономических достижениях, социальной стабильности и укреплении национального единства.
• Формирование общественного мнения: Регулярная трансляция новостных программ, комментариев и документальных фильмов направлена на формирование единого общественного мнения в соответствии с государственной идеологией, предотвращая распространение альтернативных точек зрения.
• Цензурирование контента: Любой контент, который может быть воспринят как угроза социальной стабильности, национальной безопасности, или который противоречит официальной идеологии, подвергается строгой цензуре.

Механизмы контроля над производством контента многообразны и глубоко интегрированы в процесс создания телепродукции:

1. Выдача лицензий на производство теледрам: Без одобрения соответствующих органов ни одна теледрама не может быть запущена в производство.
2. Ежегодное определение приоритетных тем: Государство активно задает тематические рамки для новых телесериалов, стимулируя создание контента, отвечающего текущим политическим и социальным задачам.
3. Утверждение синопсиса перед съемками: Сценарии и общая концепция будущих программ проходят обязательную проверку и утверждение перед началом производства.
4. Цензурная проверка готового сериала: Даже после завершения съемок готовый продукт подвергается тщательной цензурной проверке на соответствие всем директивам.
5. Учреждение национальных телевизионных премий: Для стимулирования создания «правильного контента» учреждаются государственные премии, которые поощряют продюсеров и режиссеров, работающих в русле государственной идеологии.

Таким образом, китайское телевидение выступает не только как источник информации и развлечений, но и как мощная идеологическая машина, цель которой – объединить нацию вокруг ценностей и целей, определяемых Коммунистической партией, что обеспечивает политическую устойчивость и единство общества.

Жанровое разнообразие и популярные программы

Несмотря на жесткий идеологический контроль, китайское телевидение предлагает достаточно широкое жанровое разнообразие, отвечающее запросам огромной аудитории. Рядом с идеологически выверенным контентом успешно существуют и весьма популярные развлекательные программы.

Среди наиболее известных и успешных развлекательных шоу в Китае можно отметить такие форматы, как «Голос Китая» (адаптация международной франшизы The Voice), демонстрирующий вокальные таланты, и «Неискренних просьба не беспокоить» (If You Are The One) — популярное шоу знакомств, которое собирает миллионы зрителей. Эти программы, хотя и проходят цензуру, позволяют аудитории отвлечься от повседневности и насладиться легким, эмоционально насыщенным контентом.

Что касается телесериалов, то в последней четверти XX века, а также в начале XXI века, самыми популярными жанрами были:

• Исторические сериалы: Повествующие о значимых событиях и личностях в истории Китая, часто героизирующие прошлое и продвигающие патриотические идеи.
• Нравоучительные сериалы: Драмы, затрагивающие социальные и этические проблемы, нередко с дидактическим подтекстом.
• Семейные драмы: Отражающие повседневную жизнь китайских семей, их ценности, конфликты и стремления.
• Драмы боевых искусств (уся и сянься): Жанр, основанный на древних китайских легендах и мифах, с элементами фантастики, приключений и зрелищных поединков.

Эти жанры не только обеспечивают высокую зрительскую вовлеченность, но и часто служат инструментом для трансляции культурных ценностей и формирования моральных ориентиров в обществе, что является частью государственной стратегии по воспитанию населения.

Особенности новостной подачи: Эмоции и менталитет аудитории

Новостная подача на китайском телевидении имеет свои специфические черты, которые выделяют ее на фоне западных медиа. Главной особенностью является превалирование эмоций, где не столько важно, что рассказывают, сколько как. Это означает, что цель новостного сюжета часто состоит не столько в объективной передаче фактов, сколько в формировании определенного эмоционального отклика и отношения к событию у аудитории.

Этот подход проявляется в следующих аспектах:

• Использование драматической музыки: Музыкальное сопровождение играет ключевую роль в создании нужной атмосферы – будь то патриотический подъем, сочувствие к жертвам стихийных бедствий или негодование по отношению к «врагам народа».
• Замедленная съемка и визуальные эффекты: Эти приемы используются для усиления эмоционального воздействия ключевых моментов, делая их более пафосными или трагическими.
• Эмоционально окрашенные формулировки: В текстах новостей и репортажей активно используются слова и фразы, вызывающие сильные чувства, а также оценочные суждения, направленные на формирование желаемого восприятия.
• Акцент на личных историях: Вместо сухих статистических данных часто приводятся истории отдельных людей, что позволяет вызвать сопереживание и делает информацию более доступной и понятной для широкой аудитории. Например, при освещении успехов в борьбе с бедностью, показываются конкретные семьи, чья жизнь улучшилась, а не только общие цифры.
• Учет менталитета аудитории: Новостная подача строится с учетом культурных особенностей китайского общества, где большое значение придается коллективизму, гармонии, уважению к старшим и авторитетам. Информация подается таким образом, чтобы укреплять эти ценности и способствовать социальной сплоченности.

Такая стратегия новостной подачи позволяет эффективно управлять общественным мнением, обеспечивая единство и поддержку государственной политики, а также минимизируя потенциальное инакомыслие, что является ключевым элементом стабильности в КНР.

Цифровизация и медиаконвергенция в XXI веке: трансформации и инновации

XXI век ознаменован для китайского телевидения эпохой беспрецедентной цифровой трансформации и активной медиаконвергенции. Китай не просто следует мировым трендам, но и зачастую выступает в роли лидера, масштабно инвестируя в новые технологии и перестраивая всю систему вещания.

Переход к цифровому вещанию: Достижения и охват

КНР совершила колоссальный рывок в развитии телекоммуникационной инфраструктуры. Страна вступила в эпоху цифрового телевидения, успешно завершив переход от беспроводного аналогового вещания к концу 2020 года. Это было не просто техническое обновление, а стратегический шаг, направленный на повышение качества вещания, расширение спектра услуг и обеспечение всеобщего доступа к информации.

В рамках этой масштабной инициативы была полностью создана наземная цифровая телевизионная сеть, что стало значительным прогрессом в сфере общественного обслуживания в области телерадиовещания, особенно для населения в отдаленных и сельских районах, поскольку полное создание наземной цифровой телевизионной сети к концу 2020 года значительно улучшило общественное обслуживание, обеспечив широкополосный доступ к цифровому телевидению для большинства населения, особенно в отдаленных и сельских районах, что способствовало сокращению цифрового неравенства и повышению качества приема сигнала.

Статистические данные впечатляют:

• К июлю 2020 года кабельным телевидением в Китае было охвачено 210 миллионов домохозяйств.
• Прямым спутниковым вещанием – 130 миллионов домохозяйств.
• В стране насчитывается более 5000 телевизионных передающих станций с более чем 10 тысячами трансмиттеров цифрового телевидения.

Государственное управление радиовещания и телевидения (NRTA) активно участвует в этом процессе, обещая приложить больше усилий для обеспечения доступа к радио- и телевизионным сигналам в районах, находящихся в крайней бедности. Для этого NRTA реализовало программу «Доступ к телевидению для каждого села», в рамках которой проводились установка спутниковых приемников и строительство наземных цифровых передающих станций, что позволило к 2020 году охватить почти все административные деревни Китая. Это демонстрирует не только технологические амбиции, но и социальную ориентированность государственной политики в сфере медиа, направленную на всеобъемлющее развитие.

Этапы модернизации с использованием MCN-технологий

Модернизация телевизионного вещания в Китае началась в начале XXI века и характеризовалась поэтапной системной перестройкой, а также активным внедрением инновационных мультиканальных (MCN) технологий. MCN-сети, изначально ассоциировавшиеся с YouTube, в Китае получили широкое распространение и адаптацию для местных платформ, став двигателем трансформации.

Выделяют пять основных этапов модернизации телевидения Китая с применением MCN:

1. Этап первого внедрения MCN (2012–2014 гг.): На этом этапе китайские медиакомпании начали экспериментировать с моделью MCN, создавая первые сети для управления и монетизации контента, распространяемого через новые цифровые платформы.
2. Этап эволюции коротких видео (2015–2016 гг.): С появлением и стремительным ростом популярности платформ для коротких видео (таких как Douyin/TikTok, Kuaishou), MCN-сети активно переориентировались на этот формат, разрабатывая стратегии для производства и продвижения вирусного контента.
3. Этап «технологической эпидемии» использования MCN (2017 г.): Этот год стал пиковым для MCN, когда множество компаний и блогеров присоединились к сетям, а технологии управления контентом и монетизации стали широко доступными и масштабируемыми.
4. Этап операционной эффективности MCN (2018 г.): Фокус сместился на оптимизацию внутренних процессов MCN-сетей, повышение эффективности управления талантами, аналитики данных и стратегического планирования.
5. Этап бурного роста MCN (с 2019 г. по настоящее время): На этом этапе MCN-индустрия в Китае переживает экспоненциальный рост, становясь неотъемлемой частью цифровой экономики. Вклад рекламы, маркетинга, электронной коммерции, генерации коротких видео и эффективного трафика в модернизацию китайского телевидения проявляется в создании новых бизнес-моделей, увеличении доходов медиакомпаний, персонализации контента и привлечении молодой аудитории, что способствовало быстрому развитию интерактивных и многоканальных платформ. Телевизионные компании активно интегрируют MCN-модели для расширения своего присутствия в онлайн-пространстве, привлечения новой аудитории и увеличения доходов.

Китай как лидер в развитии цифрового телерадиовещания

Благодаря столь масштабным инвестициям, стратегическому планированию и активному внедрению инноваций, Китай по праву занимает одну из ведущих позиций по степени развития систем цифрового телерадио��ещания в мире. Это лидерство обусловлено не только огромным внутренним рынком, но и целенаправленной государственной политикой, которая рассматривает медиа как ключевой элемент национальной безопасности, культурного развития и экономической мощи. Китайские технологические компании и государственные вещатели активно разрабатывают и внедряют передовые решения в области 4K/8K вещания, интерактивного телевидения, искусственного интеллекта для персонализации контента и интеграции ТВ с социальными медиа. Все это позволяет китайскому телевидению не только соответствовать мировым стандартам, но и задавать новые векторы развития в глобальном медиапространстве, что подтверждается успехами в охвате населения и внедрении MCN-технологий.

Вызовы и перспективы развития

Система телевизионного вещания в Китае, несмотря на свои впечатляющие достижения и масштабы, сталкивается с рядом существенных вызовов. Эти вызовы касаются как внутренней правовой среды, так и вопросов цифровых свобод в условиях тотального контроля, а также роли китайского ТВ на глобальной арене.

Необходимость Закона о СМИ и вопросы правового статуса

Один из наиболее серьезных вызовов для китайской медиаиндустрии, по мнению многих экспертов, заключается в отсутствии отдельного, всеобъемлющего Закона о СМИ. Хотя законодательство КНР регулирует многие аспекты деятельности медиа через ряд постановлений и актов, отсутствие единого, кодифицированного закона существенно препятствует развитию отрасли. Отсутствие единого Закона о СМИ в Китае препятствует развитию отрасли, так как затрудняет формирование прозрачных правил регулирования, ограничивает правовой статус журналистов и возможность СМИ быть полноценным каналом выражения общественного мнения, что, в свою очередь, может замедлять инновации и конкуренцию в медиапространстве, создавая условия для избирательного применения норм и правил, что может привести к непредсказуемости и давлению на медиа.

На современном этапе, когда Китай стремится к глобальному лидерству и демонстрирует открытость в некоторых сферах, назрела острая необходимость в Законе о СМИ, который бы:

• Обеспечивал правовой статус журналистам: Четко определял их права и обязанности, гарантии профессиональной деятельности, защиту от произвола.
• Гарантировал информационные права гражданам: Устанавливал права граждан на доступ к информации, свободу выражения мнения в рамках закона.
• Частично передавал право выражения общественного мнения СМИ: Позволял медиа быть более независимым каналом для артикуляции различных точек зрения, не подрывая при этом основы государственного строя.

Принятие такого закона способствовало бы повышению прозрачности, предсказуемости и стабильности в медиапространстве, что, в свою очередь, могло бы стимулировать инновации и повысить доверие как внутри страны, так и на международном уровне, укрепляя имидж Китая как современной и открытой державы.

Ужесточение контроля над интернет-пространством и цифровые свободы

На фоне стремительной цифровизации и медиаконвергенции, власти Китая демонстрируют четкое намерение ужесточить контроль над интернет-пространством. Эти меры направлены на борьбу с контентом, который расценивается как «непристойный» или потенциально дестабилизирующий.

Под «непристойным» контентом понимается содержание, которое противоречит социалистическим ценностям, оскорбляет общественную мораль, пропагандирует насилие, порнографию, сепаратизм, а также информацию, которая может подорвать социальную стабильность или национальное единство. Это включает в себя не только публичные публикации, но и, что вызывает особую обеспокоенность, личные онлайн-сообщения. Такие планы властей вызывают серьезные опасения у правозащитников и исследователей цифровых свобод. Они выражают обеспокоенность тем, что ужесточение законодательства может быть применено чрезмерно широко и привести к беспрецедентному вмешательству государства в частную переписку граждан. Это поднимает фундаментальные вопросы о границах личной свободы, приватности и государственного контроля в условиях тотальной цифровизации, ставя под вопрос принципы открытого информационного общества.

Подобная политика, с одной стороны, позволяет государству поддерживать социальную стабильность и формировать «правильный» идеологический фон. С другой стороны, она может подавлять креативность, самовыражение и свободный обмен мнениями, что потенциально замедляет инновационное развитие и критическое мышление в обществе. Так не ограничивает ли эта политика потенциал Китая как технологического лидера, лишая его общества необходимой интеллектуальной свободы?

Роль китайского телевидения в глобальном медиапространстве

В контексте глобальных медиатрендов и внутриполитических задач, китайское телевидение сталкивается с необходимостью определения своей роли на мировой арене. С одной стороны, Китай активно стремится использовать свои медиа, включая ТВ, в качестве инструмента «мягкой силы», распространяя свою культуру, ценности и точку зрения на международные события. Международные каналы CCTV (например, CGTN) вещают на различных языках, пытаясь конкурировать с ведущими мировыми медиа.

С другой стороны, задача построения «социализма с китайской спецификой» и поддержания внутренней стабильности остается приоритетной. Это означает, что даже при экспансии на мировые рынки, контент будет проходить через призму государственной идеологии.

Перспективы развития китайского телевидения включают:

• Дальнейшую технологическую модернизацию: Инвестиции в 5G, искусственный интеллект, виртуальную и дополненную реальность для создания более интерактивного и персонализированного контента.
• Расширение глобального присутствия: Увеличение числа международных каналов, производство контента, привлекательного для зарубежной аудитории, продвижение китайской культуры и языка.
• Балансирование между контролем и инновациями: Поиск оптимальной модели, которая позволит стимулировать креативность и использовать преимущества цифровой эпохи, не ослабляя при этом государственного контроля.
• Решение проблемы «информационного пузыря»: В условиях жесткой цензуры и акцента на единообразной подаче информации, возникает риск формирования «информационного пузыря» для граждан КНР, что может сказаться на их способности к критическому анализу и восприятию альтернативных точек зрения.

В конечном итоге, будущее китайского телевидения будет зависеть от того, насколько успешно оно сможет адаптироваться к изменяющимся мировым реалиям, сохраняя свою уникальную модель, но при этом отвечая на вызовы современного информационного общества, а также демонстрируя способность к саморефлексии и реформам.

Заключение

Система организации телевизионного вещания в Китае представляет собой уникальный и многогранный феномен, глубоко укорененный в историческом, политическом и культурном контексте страны. Проведенное исследование позволило всесторонне проанализировать ее развитие от первых экспериментальных станций в 1958 году до лидирующей цифровой медиаиндустрии XXI века. Мы рассмотрели ключевые этапы становления — от эпохи «Маленького кино» и жесткой идеологизации в годы «Культурной революции» до возрождения с появлением рекламы и стремительного роста в последующие десятилетия.

Цели и задачи исследования по изучению исторического развития, современной структуры, особенностей программирования и регулирования китайского телевещания были успешно выполнены. Было выявлено, что фундаментальным принципом функционирования медиасистемы КНР является государственная собственность и централизованный контроль, осуществляемый Государственным управлением радиовещания и телевидения (NRTA), находящимся под прямым руководством Отдела пропаганды КПК. Отсутствие единого Закона о СМИ создает специфический правовой ландшафт, где регулирование опирается на принцип «двойного руководства» и множество подзаконных актов.

Особенности программного контента китайского телевидения ярко демонстрируют сочетание идеологического контроля и стремления к развлечению. От директив, запрещающих «женоподобных мужчин», до «Подробных правил» по проверке коротких видео, государство активно формирует медиаповестку, используя ТВ как важнейший канал пропаганды и коммуникации. При этом, наряду с новостными программами, где акцент делается на эмоциональной подаче, популярны и развлекательные шоу, а также исторические и семейные драмы.

В XXI веке китайское телевидение переживает беспрецедентную цифровую трансформацию и медиаконвергенцию. Завершение перехода к цифровому вещанию, масштабный охват кабельным и спутниковым телевидением, а также активное внедрение MCN-технологий на пяти последовательных этапах, подтверждают ведущие позиции Китая в развитии цифрового телерадиовещания.

Однако перед системой стоят серьезные вызовы, включая необходимость создания прозрачного Закона о СМИ для обеспечения правового статуса журналистов и информационных прав граждан, а также растущая обеспокоенность по поводу ужесточения контроля над интернет-пространством и цифровых свобод. Несмотря на это, китайское телевидение продолжает укреплять свою роль как мощный инструмент «мягкой силы» на мировой арене, стремясь к глобальной экспансии при сохранении идеологической чистоты.

Уникальность китайской модели телевизионного вещания, сочетающей государственный контроль с активным внедрением передовых цифровых технологий, делает ее предметом пристального изучения. Дальнейшие исследования могли бы сфокусироваться на более глубоком анализе влияния искусственного интеллекта на создание контента, изучении реакции аудитории на цензурные ограничения, а также на сравнительном анализе китайской медиамодели с другими авторитарными и демократическими системами для выявления новых тенденций и закономерностей в глобальном медиапространстве, что в конечном итоге позволит лучше понять эволюцию медиа в условиях глобализации и цифровизации.

Часто задаваемые вопросы о телевидении Китая: от контроля до цифровой эры

Список использованной литературы

1. 8 самых крутых китайских шоу [Электронный ресурс]. URL: https://thegirl.ru/articles/8-samyh-krutyh-kitaiskih-shou/ (дата обращения: 02.01.2026).
2. Ахмадулин Е.В. Основы теории журналистики. М.: Феникс, 2009. 352 с.
3. Бакшин В.В. Основы журналистики. М.: Флинта, Наука, 2009. 56 с.
4. Борецкий Р.А. Начало. К истории ТВ: выпавшее звено, или Мое забытое телевидение. М.: ВК, 2010. 310 с.
5. В Китае запущена общенациональная сеть эфирного цифрового телевещания [Электронный ресурс]. URL: https://mediasat.info/2020/07/27/china-digital-tv-network/ (дата обращения: 02.01.2026).
6. Ван Пэйлу. Особенности законодательства о СМИ в Китае [Электронный ресурс]. URL: https://elib.bsu.by/bitstream/123456789/267324/1/Ван_Пэйлу_1изменения.pdf (дата обращения: 02.01.2026).
7. Ворошилов В.В. Журналистика. М.: КНОРУС, 2010. 496 с.
8. Гаврилов К. Как делать сюжет новостей и стать медиатворцом. СПб.: Амфора; ТИД Амфора, 2007. 299 с.
9. Государственное управление радиовещания и телевидения КНР [Электронный ресурс] // Циклопедия. URL: https://cyclowiki.org/wiki/Государственное_управление_радиовещания_и_телевидения_КНР (дата обращения: 02.01.2026).
10. Дерябин А. Телевизионные новости как коммуникативное событие [Электронный ресурс]. URL: http://psyberlink.flogiston.ru/internet/bits/tvnews.htm (дата обращения: 02.01.2026).
11. Дроздов А.Ю. «Агрессивное» телевидение: социально-психологический анализ феномена // Социологические исследования. 2001. № 8. С. 62-67.
12. Ермилов А. Живой репортаж: Профессиональные советы тележурналисту. М.: Аспект Пресс, 2010. 112 с.
13. Журналистика и конвергенция: почему и как традиционные СМИ превращаются в мультимедийные / под ред. А.Г. Качкаевой. М.: Фокус-медиа, 2010. 200 с.
14. Ильченко С.Н. Отечественное телевидение на рубеже столетий. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2009. 468 с.
15. Кемарская И.Н. Телевизионный редактор. М.: Аспект Пресс, 2007. 192 с.
16. Ким М.Н. Основы творческой деятельности журналиста. СПб.: Питер, 2010. 400 с.
17. Ким М.Н. Технология создания журналистского произведения. М.: Издательство Михайлова В.А., 2001. 320 с.
18. Китай вступит в эпоху цифрового телевидения [Электронный ресурс] // Жэньминь жибао. URL: http://russian.people.com.cn/n3/2020/0727/c31519-9715560.html (дата обращения: 02.01.2026).
19. Китай запретит непристойный контент в частных чатах в мессенджерах [Электронный ресурс] // Ведомости. URL: https://www.vedomosti.ru/tech/articles/2025/12/23/1077715-kitai-zapretit-nepristoinого-kontenta (дата обращения: 02.01.2026).
20. Китай планирует полностью перейти на цифровое телевидение до конца 2020 года [Электронный ресурс] // Известия. URL: https://iz.ru/1040685/2020-07-28/kitai-planiruet-polnostiu-pereiti-na-cifrovoe-televidenie-do-konca-2020-goda (дата обращения: 02.01.2026).
21. Китайское телевидение на современном этапе [Электронный ресурс] // КиберЛенинка. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/kitayskoe-televidenie-na-sovremennom-etape (дата обращения: 02.01.2026).
22. Китайское Центральное ТВ в системе национального телевидения [Электронный ресурс] // Медиаскоп. URL: https://www.mediascope.ru/node/304 (дата обращения: 02.01.2026).
23. Колесниченко А.В. Практическая журналистика. М.: МГУ, 2010. 192 с.
24. Конвергенция (медиаиндустрия) [Электронный ресурс] // Википедия. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Конвергенция_(медиаиндустрия) (дата обращения: 02.01.2026).
25. КОНВЕРГЕНЦИЯ И СМИ: ОСМЫСЛЕНИЕ ПОДХОДОВ К ПОНИМАНИЮ [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/konvergentsiya-i-smi-osmyslenie-podhodov-k-ponimaniyu (дата обращения: 02.01.2026).
26. Кондратьева Н.Е., Мордовина Л.В. Ток-шоу как жанр современной массовой культуры [Электронный ресурс]. URL: http://analiculturolog.ru/component/k2/item/457-article_40.html (дата обращения: 02.01.2026).
27. Константинов А.Д. Журналистское расследование. СПб.: Издательский дом «Нева»; М.: ОЛМА-Пресс, 2003. 383 с.
28. Корконосенко С.Г. Введение в журналистику. М.: КНОРУС, 2011. 272 с.
29. Корконосенко С.Г. Теория журналистики: Моделирование и применение. М.: Логос, 2011. 248 с.
30. Коханова Л.А., Калмыков А.А. Основы теории журналистики. М.: Юнити-Дана, 2009. 536 с.
31. Куренной В. Медиа: средства в поисках целей // Отечественные записки. 2003. № 4. С. 8-30.
32. Ли Чжэнь. Китайские реалити-шоу: национальная специфика и инновации [Электронный ресурс]. URL: https://elib.bsu.by/bitstream/123456789/226176/1/Китайские%20реалити-шоу_Ли%20Чжэ.pdf (дата обращения: 02.01.2026).
33. Маклюэн М. Игры – продолжение человека // Телерадиоэфир. 1992. №7. С. 50-56.
34. Медиаконвергенция в журналистике: от классики к универсальности [Электронный ресурс]. URL: http://medialaw.ru/fcs/fcs-6.htm (дата обращения: 02.01.2026).
35. Николаев В. Герберт Маршал Маклюэн и его книга «Понимание средств коммуникации» // Отечественные записки. 2003. № 4. С. 249-250.
36. Новикова А.А. Гибридность как определяющий признак телевизионного формата // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 10, Журналистика. 2010. № 6. С. 56-65.
37. Осипова Н.Г. Теория и практика «влияния» средств массовой информации в современной зарубежной социологии // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 18. Социология и политология. 2001. № 1. С. 92-103.
38. Основные периоды в развитии национального телевидения Китая (1958г.—1990г.) [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/osnovnye-periody-v-razvitii-natsionalnogo-televideniya-kitaya-1958g-1990g (дата обращения: 02.01.2026).
39. Прутцков Г.В. История зарубежной журналистики: 1929-2011. М.: Аспект Пресс, 2011. 432 с.
40. Регулирование социальных медиа в КНР [Электронный ресурс] // РСМД. URL: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/regulirovanie-sotsialnykh-media-v-knr/ (дата обращения: 02.01.2026).
41. Рейнблат А., Дубин Б. Государственная информация и массовая коммуникация // Отечественные записки. 2003. № 4. С. 237-248.
42. Рэндалл Д. Универсальный журналист. СПб.: Великий Новгород, 1999. 364 с.
43. Самые популярные ТВ-шоу на китайском телевидении [Электронный ресурс] // ProChinese. URL: https://prochinese.ru/samye-populyarnye-tv-shou-na-kitajskom-televidenii/ (дата обращения: 02.01.2026).
44. Саппак В. Телевидение и мы. М.: Аспект Пресс, 2007. 168 с.
45. Системы телевидения [Электронный ресурс]. URL: https://vi-energy.ru/sistemy-televideniya/ (дата обращения: 02.01.2026).
46. Современная телевизионная (ТВ) система [Электронный ресурс]. URL: https://www.booksite.ru/fulltext/1/001/008/109/653.htm (дата обращения: 02.01.2026).
47. Становление и развитие телевизионного вещания [Электронный ресурс] // Научный аспект. URL: https://na-journal.ru/2-2017-filologicheskie-nauki/1105-stanovlenie-i-razvitie-televizionnogo-veschaniya (дата обращения: 02.01.2026).
48. Станько А.И. Журналистское расследование в СМИ. Ростов н/Дону: Литфонд, 2004. 110 с.
49. Телевидение [Электронный ресурс] // Циклопедия. URL: https://cyclowiki.org/wiki/Телевидение (дата обращения: 02.01.2026).
50. Телесериал в Китае: генезис и развитие жанра [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/teleserial-v-kitae-genezis-i-razvitie-zhanra (дата обращения: 02.01.2026).
51. Тертычный А.А. Жанры периодической печати. М.: Аспект Пресс, 2006. 312 с.
52. Тулупов В.В., Колосов А.А., Цуканова М.И. Техника и технология СМИ: печать, радио, телевидение, Интернет. СПб.: Изд-во Михайлова В.А., 2008. 318 с.
53. Фролова Т.И. Человек и его мир в информационной повестке дня: Гуманитарные технологии в журналистике. М.: АСИ, 2009. 288 с.
54. Цвик В.Л. Телевизионная журналистика. М.: Юнити-Дана, 2009. 495 с.
55. Цвик В.Л. Телевизионная служба новостей. М.: Юнити-Дана, 2008. 320 с.
56. Цзя Фань. Трансформация китайского телевидения в контексте новых медиа [Электронный ресурс]. URL: https://elib.bsu.by/bitstream/123456789/271109/1/Цзя_Фань_версия_1.pdf (дата обращения: 02.01.2026).
57. Центральное телевидение Китая [Электронный ресурс] // Википедия. URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/Центральное_телевидение_Китая (дата обращения: 02.01.2026).
58. Чернышев И. Почему очень важно ответить на вопрос: «Чем является телевидение КНР для российско-китайского приграничья?» [Электронный ресурс]. URL: http://rucont.ru/efd/13589 (дата обращения: 02.01.2026).
59. Шум Ю.А. Журналистское расследование. М.: Барс, 2000. 80 с.
60. Этапы и особенности развития китайского телевидения в ХХ веке [Электронный ресурс]. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/etapy-i-osobennosti-razvitiya-kitayskogo-televideniya-v-hh-veke (дата обращения: 02.01.2026).
61. Этот день в истории. 2 сентября 1958 года прошел первый эфир китайского телевидения [Электронный ресурс]. URL: https://m.vk.com/wall-212157774_34 (дата обращения: 02.01.2026).
62. Что такое Система вещательного телевидения? [Электронный ресурс]. URL: https://dic.academic.ru/dic.nsf/ntc/1647/Система (дата обращения: 02.01.2026).
63. Chinese TV: a history of bans and censorship [Electronic resource]. URL: http://www.telegraph.co.uk/news/worldnews/asia/china/8496823/Chinese-TV-a-history-of-bans-and-censorship.html (date of access: 02.01.2026).
64. McDonald, J. Chen Lu Yu: ‘China’s Oprah’ [Electronic resource]. URL: http://edition.cnn.com/2007/BUSINESS/02/25/forward.chen/index.html (date of access: 02.01.2026).
65. National Radio and Television Administration [Electronic resource] // Wikipedia. URL: https://en.wikipedia.org/wiki/National_Radio_and_Television_Administration (date of access: 02.01.2026).
66. Zhao Y. Media, Marker and Democracy in China: the bottom line and the Party line. Urbana: University of Illinois Press, 1998.
67. Zhao Y., Guo Z. Television in China: History, Political Economy and Ideology // A Companion to television / edited by J. Wasko [Electronic resource]. URL: http://www.blackwellreference.com/public/tocnode?id=g9781405100946_chunk_g978140510094629 (date of access: 02.01.2026).