Анализ внешней политики Ирана в контексте взаимоотношений с США, странами Европы и Российской Федерацией

Внешняя политика Ирана представляет собой уникальное явление на современной международной арене. Это политика региональной державы с глобальными амбициями, в которой сложным образом переплетаются идеологические доктрины шиитского ислама, прагматические экономические интересы и тяжелое историческое наследие. Понять логику действий Тегерана невозможно без анализа его ключевых взаимоотношений с тремя главными центрами силы: Соединенными Штатами, Европейским союзом и Российской Федерацией. Центральный тезис данного исследования заключается в том, что многовекторная внешняя политика Ирана является не столько результатом сиюминутного выбора, сколько вынужденной стратегией выживания и самоутверждения в условиях перманентного внешнего давления. Именно отношения с США, Европой и Россией играют системообразующую роль в формировании этой стратегии. Для полного понимания логики современных действий Тегерана необходимо обратиться к идеологическим и историческим корням его внешней политики.

Какими идеологическими принципами и историческим опытом руководствуется Тегеран

В основе внешнеполитической доктрины Исламской Республики Иран лежит концепция исламской власти, конечной целью которой является создание «идеального» исламского государства. Этот идеологический фундамент определяет стремление Тегерана к региональному лидерству. Важнейшим инструментом для проецирования влияния становится идея мусульманского единения, которую Иран использует для мобилизации поддержки в исламском мире. На глобальном уровне Иран позиционирует себя как один из лидеров Движения неприсоединения, проводя политику, открыто направленную против диктата со стороны мировых гегемонов, и в первую очередь — США.

Другой важнейшей составляющей иранского мировоззрения является глубокое недоверие к внешним силам, сформированное многолетним опытом колониального и постколониального вмешательства. Историческая память Ирана хранит тяжелые воспоминания о влиянии Российской империи после русско-персидских войн, о британском доминировании и, конечно, об американском вмешательстве в XX веке. Этот опыт сформировал стойкое убеждение, что внешние акторы преследуют исключительно собственные экспансионистские интересы, что заставляет иранский истеблишмент воспринимать любой диалог через призму потенциальной угрозы суверенитету. Наиболее ярко эти принципы проявляются в отношениях со страной, которую иранский истеблишмент определяет как главного антагониста.

Ирано-американские отношения как история тотального недоверия

История взаимоотношений Ирана и США — это траектория неуклонной деградации, прошедшая путь от партнерства до экзистенциального антагонизма. Дипломатические отношения, установленные в 1883 году, начали активно развиваться в период Второй мировой войны, когда влияние Вашингтона в стране возросло в связи с организацией поставок по программе ленд-лиза в СССР. Однако ключевым событием, заложившим фундамент современного антиамериканизма, стал государственный переворот 1953 года, организованный спецслужбами США и Великобритании против демократически избранного премьер-министра Мохаммеда Мосаддыка.

Точкой невозврата стала Исламская революция 1979 года, свергнувшая проамериканский режим шаха и приведшая к власти радикальное духовенство во главе с аятоллой Хомейни. Кульминацией этого процесса и формальным поводом для разрыва дипломатических связей послужил захват сотрудников американского посольства в Тегеране. В 1980 году США официально разорвали отношения с Ираном. С тех пор для иранского руководства противостояние с Соединенными Штатами превратилось не просто в политический конфликт, а в экзистенциальную борьбу за сохранение суверенитета и исламской идентичности государства. Кульминацией этого противостояния в XXI веке стала проблема иранской ядерной программы.

Ядерная программа и санкции как главный инструмент американо-иранского противостояния

В XXI веке центральным узлом противоречий стала иранская ядерная программа. Попыткой найти компромиссное решение стало заключение в 2015 году Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД), известного как «ядерная сделка». Однако этот хрупкий баланс был разрушен в 2018 году, когда США в одностороннем порядке вышли из СВПД и возобновили режим жестких экономических санкций. Этот шаг не только подорвал доверие к международным договоренностям, но и значительно укрепил позиции сторонников «жесткой линии» в Тегеране.

Мотивы Вашингтона выходят далеко за рамки ядерной проблемы. Правительство США обосновывает свою санкционную политику целым комплексом претензий: поддержка Ираном антиизраильских группировок, таких как ХАМАС и «Палестинский исламский джихад», развитие ракетной программы и систематические нарушения прав человека. В ответ на это давление Иран демонстрирует ответную реакцию, заявляя о наличии ракетных возможностей для нанесения ударов и угрожая европейским странам. В условиях нарастающей экономической блокады Иран был вынужден скорректировать свою внешнюю политику, сделав стратегический акцент на «восточном направлении». На фоне жесткой позиции США, европейские страны пытаются играть более гибкую роль, преследуя собственные интересы.

Взаимоотношения с Европой в поисках прагматичного баланса

Позиция Европейского союза в отношении Ирана заметно отличается от американской и характеризуется поиском прагматичного баланса. Даже после выхода США из «ядерной сделки» страны ЕС предприняли значительные усилия для сохранения СВПД, видя в нем ключевой элемент региональной и глобальной безопасности. Эта позиция во многом обусловлена серьезными экономическими интересами европейских компаний в Иране, которые оказались под угрозой из-за экстерриториального характера американских санкций. ЕС пытался поддерживать политический диалог с Тегераном по вопросам региональной стабильности, рассматривая Иран как сложного, но необходимого партнера.

Вместе с тем, диалог омрачается наличием серьезных разногласий. По таким вопросам, как иранская ракетная программа и ситуация с правами человека, позиции Европы и США во многом совпадают, что создает постоянное напряжение. Тем не менее, для Тегерана европейское направление остается потенциальным «окном возможностей» — каналом для ведения диалога и поиска путей обхода наиболее жесткого американского давления. Однако в условиях нарастающей изоляции со стороны Запада ключевым стратегическим партнером для Ирана становится Россия.

Российско-иранский диалог через призму истории и взаимных интересов

Отношения России и Ирана имеют многовековую и крайне неоднозначную историю, которая оказывает влияние на современное сотрудничество. Установленные еще в 1592 году, они несли на себе отпечаток имперского доминирования. После двух русско-персидских войн в первой половине XIX века Персия попала под сильное влияние Российской империи, что сформировало в иранском обществе образ России как агрессивной экспансионистской силы. Советский период также был полон противоречий: от разгрома дипмиссии и убийства полпреда в 1918-1919 годах до попыток наладить сотрудничество.

Новый этап начался после распада СССР в 1991 году, когда Москва попыталась выстроить с Тегераном военно-техническое партнерство. Однако и здесь не обошлось без сложностей: в 1995 году под давлением США Россия была вынуждена заморозить поставки ряда вооружений. Этот сложный исторический фон, полный взаимного недоверия, долгое время препятствовал сближению. Тем не менее, общие геополитические вызовы подтолкнули стороны к поиску новой модели отношений. Отправной точкой современной кооперации стало подписание в 2001 году Договора об основах взаимоотношений и принципах сотрудничества, заложившего фундамент для прагматичного партнерства в XXI веке.

Как современная Россия и Иран выстраивают стратегическое партнерство

Современное стратегическое партнерство Москвы и Тегерана базируется на прочном фундаменте — совпадении или близости позиций по большинству глобальных и региональных вопросов. Главным объединяющим фактором выступает совместное противодействие американской гегемонии и общая приверженность концепции многополярного мира, которую последовательно отстаивает Россия. Это мировоззренческое единство находит практическое выражение в конкретных сферах сотрудничества.

Ключевыми точками сопряжения интересов являются совместные усилия по стабилизации в Сирии, обеспечение безопасности в Закавказье, Центральной Азии и Каспийском регионе. Для России взаимодействие с Ираном является важнейшим элементом обеспечения национальных интересов на своих южных рубежах. Развивается и экономическое сотрудничество: так, в 2018 году объем двусторонней торговли превысил 1,7 миллиарда долларов. Новое правительство Ирана, пришедшее к власти, открыто декларирует приоритет укрепления связей с Россией и Китаем, что свидетельствует о долгосрочном характере этого партнерства. Проведенный анализ различных векторов внешней политики Ирана позволяет сделать обобщающие выводы.

В заключение необходимо подчеркнуть, что внешняя политика Ирана представляет собой сложную стратегию, одновременно защитную и наступательную, сформированную под многолетним внешним давлением и основанную на глубоких идеологических и исторических предпосылках. Анализ показал, что отношения с США носят характер непримиримой конфронтации, диалог с Европой является тактическим инструментом для снижения изоляции, а партнерство с Россией приобрело стратегическое значение. Возвращаясь к исходному тезису, можно с уверенностью утверждать, что действия Тегерана — это вынужденная реакция на враждебную внешнюю среду. В обозримом будущем следует ожидать продолжения этого курса: дальнейший дрейф в сторону «восточной стратегии» с укреплением связей с Россией и Китаем, при сохранении попыток тактического диалога с Европой и перманентной конфронтации с США.

Список литературы

  1. Выступление А. Хлопкова на заседании круглого стола, посвященном ситуации в Иране в МО Фонда Карнеги. 28.11.2008.
  2. Баланс сил в мировой политике: теория и практика. М.,1993
  3. Гришин И. Иранская модель модернизации (материалы научного семинара) // МЭМО 2008.- № 7. С. 69
  4. Злотникова А.Е. Политика США в отношении Ирака «от доктрины Картера» до «войны в заливе (1980-1990) // Автореферат на соискание ученой степени к.и. н. – М., 2009. – 28 с.
  5. Индекс безопасности// Научно-практический журнал ПИР-Центра. 2007, № 3(83). С. 147.
  6. Къеза Дж. Война империй: Восток – Запад. Раздел сфер влияния. – М.: Эксмо, 2006. – 320 с.
  7. Лебедева М.М. Мировая политика в XXI в. Акторы, процессы, проблемы. – М.: МГИМО, 2009. -142с.
  8. Лисовский В.И. Международное торговое и финансовое право. М, 2004.
  9. Лукашук И.И. Глобализация, государство, право, XXI в. М., 2000.
  10. Мамедова Н.М. Иран и Россия. // Сборник: “Иран: эволюция исламского правления” — М., ИИИиБВ и ИВ РАН, 2008
  11. Мамедова Н.М. Иран в в ХХ в. Роль государства в экономическом развитии. – М., 1997
  12. Мамедова Н.М.Пребывание у власти Мохаммада Хатами как отражение эволюции исламского режима. // Сборник: “Иран: эволюция исламского правления” — М., ИИИиБВ и ИВ РАН, 2006 194 с.
  13. Мамедова Н.М. Исламские фонды и предпринимательская деятельность иранского духовенства. // МЭМО 1997.- № 7. С. 25
  14. Месамед В.И. Евросоюз и иранская ядерная проблема: сработают ли экономические санкции?// [Электронный ресурс]: http://www.iimes.ru/rus/stat/2007/12-03-07.htm
  15. Нури З. Аргамэ шайтан. Тебриз,1950
  16. Религиозное и политическое завещание имамма Хомейни. // Иммам Хомейни М.,1999. С. 365-366
  17. Саруханян С. Россия и Иран. 10 лет ядерного сотрудничества. – Ереван,2006
  18. Сюкияйнен Л. Исламская политико – правовая мысль в поиске ответов на вызовы современности// Центральная Азия и Кавказ 2006. — № 6. С. 37
  19. Саркисян М. Иран: «Перезагрузка» международной политики – в центре Иран. – Ереван, 2009. – 20с.
  20. Шумилов В.М. Международное экономическое право. М., 2003
  21. CBIRI. Key Economic Indicators 1387(2008|2009). Trends №53.P.3.
  22. CIA.-The World Factbook-Iran. 2009.
  23. IRNA. 15.02. 2009. По другим данным,-3,7 млрд. долл. Iran ru. 20.02.2009.
  24. National Accounts of Iran. 1338-1379 (1959/60-2000/01) Tehran 2003, Р.2.
  25. The Role of Russia in international legal regulation of foreign investment // Pravo & Politics, No. 1,2001; 0,8 п.л.
  26. Fizzli N. (ed.). The Iran-Iraq Conflict. Р., 1981. Р.32.
  27. Вартанян А.М. Иранские реформаторы о перспективах государственного развития. // Электронный ресурс: http://www.iimes.ru/rus/stat/2006/16-08-06.htm
  28. Мамедова Н.М. Ситуация вокруг ядерной программы Ирана. // Электронный ресурс: http://www.iimes.ru/rus/stat/2008/12-03-08a.htm
  29. Обама увязывает будущее системы Про с ситуацией вокруг Ирана // [Электронный ресурс]: http://www.rian.ru/world/20090405/167123401.html;
  30. Сажин В.И.. Иран: октябрь 2008 года. Экономическая ситуация. // Электронный ресурс: www/ Iimes.ru.2008/19-11-08a.htm
  31. Сажин В.И. Российско –иранские отношения в свете социологических исследований. // Электронный ресурс: http://www.iimes.ru/rus/stat/2005/18-11-05.htm
  32. Сажин В.И Иран 2009 г. Экономическая ситуация. // Электронный ресурс: http://www.iimes.ru/rus/stat/2009/26-02-09b.htm
  33. Сажин В.И. Военно – политическая ситуация Ирана январь 2010 // http://www.iimes.ru/rus/stat/2010/27-02-10a.htm
  34. Сотников В.И. Иранская ядерная программа: к рассмотрению в Совете Безопасности ООН? // Электронный ресурс: http://www.iimes.ru/rus/stat/2006/24-01-06a.htm
  35. Тер-Оганов. Н.К. Уступки Ирану — угроза для безопасности Израиля. Электронный ресурс: www.iimes.ru.

Похожие записи