Концепция девиантного поведения в социологической теории П. А. Сорокина

Актуальность проблемы девиантного поведения в современном обществе неоспорима, и она рассматривается в рамках множества социологических парадигм. Несмотря на значительный вклад классических теорий Эмиля Дюркгейма и Роберта Мертона, работы Питирима Сорокина в этой области часто анализируются изолированно от его фундаментального учения. Данная работа призвана доказать, что концепция девиации у Сорокина не является самостоятельной теорией, а представляет собой органичную часть и логическое следствие его макросоциологического учения о социокультурной динамике. Именно такой подход позволяет увидеть, что для Сорокина рост отклонений — это не просто социальная патология, а важнейший индикатор состояния и смены глобальных культурных эпох.

Девиантное поведение как социологическая категория. Краткий обзор подходов

Под девиантным поведением в социологии принято понимать поступки или действия, которые отклоняются от принятых в обществе социальных норм и ценностей. Классические подходы к этой проблеме заложили основу для ее дальнейшего изучения. Эмиль Дюркгейм, например, ввел понятие «аномии» — состояния общества, когда старые нормы и ценности разрушаются, а новые еще не сформировались, что и порождает всплеск девиаций. Позже Роберт Мертон развил эту идею, связав аномию с разрывом между культурными целями, которые общество предписывает индивидам (например, богатство), и институциональными средствами для их достижения.

Большинство этих теорий ищут причины отклоняющегося поведения либо в дефектах социальной структуры, либо в психологических особенностях индивида. Однако Питирим Сорокин предлагает принципиально иной угол зрения. Он смещает фокус анализа с конкретного общества на глобальный культурно-исторический контекст, утверждая, что само понятие нормы не является абсолютным и меняется вместе с доминирующим типом культуры.

Макросоциологическая призма Питирима Сорокина. Фундамент для понимания девиации

Чтобы понять взгляды Сорокина на девиацию, необходимо обратиться к ядру его наследия — теории социокультурной динамики. Будучи одним из основоположников теорий социальной стратификации и мобильности, Сорокин мыслил масштабно. Он рассматривал всю историю человечества как нелинейный процесс флуктуации, то есть волнообразную смену гигантских культурных суперсистем. Каждая такая суперсистема представляет собой целостность, все элементы которой — от искусства и философии до права и этики — объединены единым фундаментальным принципом, или «высшей ценностью».

Именно эта высшая ценность (например, Бог, Истина или материальная Польза) определяет мировоззрение людей и формирует их представления о должном и недопустимом. Таким образом, социальные нормы и законы не произвольны; они являются прямым выражением доминирующей культурной «души» эпохи. История, по Сорокину, — это не прогресс, а вечная смена этих культурных формаций, каждая из которых имеет свой собственный расцвет и упадок.

Три типа культурных суперсистем как матрица социальных норм

Питирим Сорокин выделял три основных типа культурных суперсистем, каждая из которых порождает свою уникальную систему норм и, соответственно, свое понимание девиации.

  1. Идеационная культура. В основе этой системы лежит сверхчувственная реальность, а высшей ценностью является Бог. Нормы здесь носят религиозно-моральный характер. Поведение определяется заповедями и священными текстами. В такой культуре аскетизм, самопожертвование и духовный поиск будут считаться рекомендуемым поведением, подвигом. А стремление к материальной наживе, гедонизм и ростовщичество — тяжким грехом, то есть девиацией.
  2. Сенситивная (чувственная) культура. Ее фундамент — материальный, эмпирически воспринимаемый мир. Высшая ценность — польза, удовольствие, комфорт. Нормы здесь утилитарны и релятивны. В этой системе стремление к богатству и успеху становится социальной нормой, а аскетизм и отказ от мирских благ могут рассматриваться как странность или отклонение. Преступлением считается то, что вредит материальным интересам других людей или общества.
  3. Идеалистическая (интегральная) культура. Представляет собой гармоничный синтез первых двух. Она признает ценность как сверхчувственного, так и материального мира. Нормы в такой системе стремятся к балансу между божественным долгом и земными потребностями.

Этот анализ показывает, что то, что является нормой в одной суперсистеме, может быть серьезным отклонением в другой. Это подводит нас к ключевому выводу теории Сорокина.

Релятивистская природа девиации в концепции Сорокина

Сорокин одним из первых в социологии последовательно обосновал принцип культурного релятивизма в отношении девиантного поведения. В своей ранней работе «Преступление и кара, подвиг и награда» он показал, что не существует абсолютно «нормального» или абсолютно «девиантного» поступка. «Девиант» — это не объективная характеристика личности, а социальный ярлык, который навешивает на индивида конкретная культура в определенный исторический момент.

Подвиг в одной системе становится преступлением в другой. То, что одна эпоха прославляет как святость, другая осуждает как безумие.

Следовательно, девиантность всегда относительна и зависит от доминирующей системы ценностей. Человек становится преступником не потому, что он нарушает некий вечный закон, а потому, что его действия входят в противоречие с нормами той культурной группы, которая в данный момент обладает властью определять, что есть норма.

Кризис культуры как катализатор роста социальных отклонений

Наиболее важным следствием теории Сорокина является его объяснение причин резкого роста девиации. Он утверждал, что пик социальных отклонений приходится на периоды кризиса и перехода от одной культурной суперсистемы к другой. Когда доминирующая система (например, идеационная) исчерпывает себя и начинает уступать место новой (сенситивной), ее нормы и ценности теряют свою легитимность. Старые законы уже не работают, а новые еще не утвердились в сознании людей.

В обществе наступает состояние нормативной анархии и ценностного хаоса. Одновременно сосуществуют и конфликтуют друг с другом разные, часто взаимоисключающие, системы норм. В таких условиях человек теряет моральные ориентиры, что неизбежно ведет к массовому росту преступности, аморализма, психических расстройств и других форм девиантного поведения. Таким образом, всплеск девиации для Сорокина — это не просто «болезнь», а закономерный симптом и одновременно движущая сила глубоких социокультурных трансформаций.

Формы социального контроля и их трансформация в динамике культур

Сорокин утверждал, что культурно обусловлены не только сами нормы, но и реакция общества на их нарушение. Система социального контроля, по его мнению, включает в себя три уровня поведения: дозволенное, должное (обязательное) и рекомендуемое. Каждый из этих уровней поддерживается соответствующей системой санкций — наград и наказаний.

Тип этих санкций напрямую зависит от доминирующей культурной суперсистемы. В идеационной культуре, где высшей инстанцией является Бог, преобладают морально-религиозные наказания (отлучение от церкви, публичное покаяние, епитимья). В сенситивной культуре, ориентированной на материальную пользу, доминируют утилитарные санкции — штрафы, конфискация имущества, тюремное заключение. Таким образом, даже трансформация системы наказаний сама по себе является четким индикатором смены культурных эпох.

Заключение

Проведенный анализ позволяет утверждать, что взгляды Питирима Сорокина на девиантное поведение представляют собой стройную и логически завершенную концепцию. Она вытекает из его фундаментальной теории социокультурной динамики. Сорокин доказывает, что каждая культурная суперсистема порождает уникальную систему норм, что делает любое отклонение от них культурно и исторически относительным. Пик девиации, в свою очередь, является не случайной аномалией, а закономерным индикатором глубокого кризиса и смены культурных формаций.

Таким образом, концепция девиантного поведения у П. А. Сорокина является не обособленной теорией, а неотъемлемым и логически безупречным элементом его макросоциологического учения. Этот подход придает его взглядам особую глубину и сохраняет их высокую эвристическую ценность для понимания социальных процессов в современном мире.

Список использованной литературы

  1. Гидденс Э. Социология / При участии К. Бердсолл; пер. с англ. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Едиториал УРСС, 2005. – 632 с.
  2. Голосенко И. А. Питирим Сорокин о внутренних нарушениях социального порядка / Игорь Голосенко // Социологические исследования. – 2000. — № 4. – С. 108-116.
  3. Голосенко И. А. Социология П. Сорокина (русский период деятельности) / Самара.: Социологический центр «Социо», 1992.
  4. Громов И. А. Западная социология / И. А. Громов, А. Ю. Мацкевич, В. А. Семенов. – Спб.: ДНК, 2003. – 560 с.
  5. Кондратьев Н. // Научно-исторический журнал. – 1914. — № 3. – С. 64-65.
  6. Масионис Дж. Социология / Джон Масионис; пер. с англ.З. Замчук, С. Комарова, А. Смирнова. – 9-е изд. – Спб.: Питер, 2004. – 752 с.
  7. Миллс Ч. Социологическое воображение / Чарльз Райт Миллс; пер. с англ. О. А. Оберемко под ред. Г. С. Батыгина – М.: Стратегия; 1998. – 264 с.
  8. Михайлов И. //Вестник Европы. – 1914. – кн. 1. – с. 413-415.
  9. Райнов Т. // Юридический вестник. – 1913. – кн. 4. – с. 298-303.
  10. Сорокин П. А. Преступление и кара, подвиг и награда: социологический этюд об основных формах общественного поведения и морали / Питирим Александрович Сорокин. – М.: Астрель, 2006. – 618 с.
  11. Тоцкий Н. // Право. Еженедельная юридическая газета. – 1914. – 3 ноября.

Похожие записи