Философия права Томаса Гоббса – почему война всех против всех неизбежно ведет к Левиафану

Концепция естественного права, уходящая корнями в античную философию, и сегодня сохраняет свою актуальность, особенно в контексте глобализации и поиска общих правовых оснований для разных государств. В этом ряду мыслителей фигура Томаса Гоббса стоит особняком. Его учение — одно из самых влиятельных и одновременно самых мрачных в истории политической мысли. Центральный тезис данной работы заключается в том, что пессимистичная концепция Гоббса не является отвлеченной теорией, а представляет собой прямой и логичный философский ответ на тот экзистенциальный ужас и политический катаклизм, который он лично пережил — на хаос Английской гражданской войны. Понимание этого исторического фона является ключом к расшифровке кода философии Гоббса, поэтому именно с него мы и начнем наш анализ.

Как хаос Английской гражданской войны породил философию страха

Чтобы понять глубину радикализма Гоббса, необходимо мысленно перенестись в Англию середины XVII века. Его главный труд, «Левиафан», был опубликован в 1651 году, в разгар эпохи жесточайших политических потрясений. Это было время, когда государство фактически перестало существовать, а общество погрузилось в бездну гражданской войны. Речь шла не просто о смене власти, а о тотальном крахе всех привычных устоев: социальных иерархий, правовых норм и, самое главное, гарантий безопасности.

Гоббс был непосредственным свидетелем того, как страна распадается на враждующие фракции, где вчерашние соседи становились смертельными врагами. В этой атмосфере жизнь человека обесценилась, а будущее стало непредсказуемым. Именно этот опыт сформировал центральный нерв всей его философии — всепроникающий страх насильственной смерти. Для Гоббса это был не теоретический конструкт, а реальность, данная в ощущениях. Он увидел, что происходит, когда исчезает сдерживающая сила государственной власти. Этот экзистенциальный ужас перед хаосом Гоббс положил в основу своего мысленного эксперимента, описав изначальное «естественное состояние» человечества.

Естественное состояние как война всех против всех

«Естественное состояние» (состояние природы) в философии Гоббса — это не конкретный исторический период, а гипотетическая модель, логический эксперимент, отвечающий на вопрос: «Что будет с людьми, если убрать любую верховную власть?» Ответ Гоббса неутешителен и вытекает из нескольких ключевых предпосылок о природе человека. Во-первых, люди от природы равны, но это равенство пугающее — это равенство в способности убить друг друга. Даже самый слабый может одолеть самого сильного с помощью хитрости или союза с другими.

Во-вторых, основной движущей силой человека является не стремление к благу, а эгоистичный инстинкт самосохранения и непреодолимый страх смерти. В отсутствие законов и власти каждый имеет «естественное право» (jus naturale) — абсолютную свободу делать всё, что он считает необходимым для собственного выживания, включая нападение на других. Сочетание этих факторов — равенства, эгоизма и неограниченной свободы — неизбежно порождает состояние, которое Гоббс назвал «войной всех против всех» (bellum omnium contra omnes). В таком состоянии нет места труду, науке, искусству, а жизнь человека «одинока, бедна, бесславна, жестока и коротка». Жизнь в таком состоянии невыносима, и сам человеческий разум, движимый все тем же инстинктом самосохранения, начинает искать выход. Этот выход он находит в естественных законах.

Законы природы как рациональный путь к миру

Если «естественное право» — это свобода разрушения, то «естественный закон» (lex naturalis) — это рациональное предписание, ограничивающее эту свободу во имя главной цели: выживания. Гоббс проводит здесь фундаментальное различие. Право — это свобода делать что-либо, а закон — это обязанность делать или не делать. По сути, естественные законы — это не божественные заповеди, а «правила разумного эгоизма», которые любой рациональный человек выведет сам, чтобы спастись из ада войны всех против всех. Гоббс формулирует около двух десятков таких законов, но ключевыми являются первые три:

  1. Искать мир и следовать ему. Это главный и основополагающий закон. Он предписывает стремиться к миру до тех пор, пока есть надежда его достичь. Если же нет — можно использовать все средства войны для самозащиты.
  2. Быть готовым отказаться от абсолютной свободы. Второй закон гласит, что ради мира и безопасности человек должен быть готов отказаться от своего права на всё, если другие также готовы это сделать. Нельзя требовать для себя больше свободы, чем ты готов предоставить другим.
  3. Соблюдать заключенные соглашения. Этот закон является источником справедливости. Без него любые договоры бессмысленны, и человечество остается в состоянии войны. Нарушение соглашения — это несправедливость.

Эти законы логичны и рациональны, но у них есть одна фатальная уязвимость. Одних лишь рациональных предписаний недостаточно, ведь в естественном состоянии нет гаранта их исполнения. Любой может нарушить их ради сиюминутной выгоды. Это подводит нас к необходимости механизма, который сделает соблюдение этих законов обязательным для всех.

Общественный договор как акт отказа от свободы во имя безопасности

Чтобы естественные законы заработали, нужен не просто совет, а реальная сила, способная принудить к их исполнению. Этим механизмом становится общественный договор. Гоббс предлагает уникальную трактовку этого договора. Это не соглашение между народом и будущим правителем, как можно было бы подумать. Это горизонтальное соглашение каждого с каждым. Представим себе толпу людей в естественном состоянии, которые одновременно говорят друг другу: «Я передаю свое право управлять собой этому человеку (или этому собранию людей) при том условии, что и ты передашь ему свое право точно так же».

В результате этого акта происходит фундаментальный обмен: каждый индивид добровольно отказывается от своего безграничного, но бесполезного «естественного права» на всё. Взамен он получает самое ценное — безопасность, защиту жизни и правопорядок, который гарантирует новый, искусственно созданный субъект власти. Именно с этого момента появляются понятия «справедливость» и «несправедливость», так как теперь есть законы, установленные сувереном, и сила, обеспечивающая их соблюдение. Этот договор заключается раз и навсегда, ведь его расторжение автоматически означает возврат в невыносимое состояние войны всех против всех. В результате этого коллективного акта воли на свет появляется искусственное существо, обладающее колоссальной мощью — Левиафан.

Левиафан как абсолютный суверен и гарант порядка

Левиафан — библейское чудовище — для Гоббса является метафорой всемогущего государства или суверена, рожденного из общественного договора. Власть этого суверена, по мнению Гоббса, должна быть абсолютной и неделимой. Любая попытка разделить власть (например, между королем и парламентом, что и привело к гражданской войне в Англии) или ограничить ее — это прямой путь обратно к хаосу. Ведь если бы над сувереном стоял какой-то орган, который мог бы его судить или ограничивать, то именно этот орган, а не суверен, обладал бы верховной властью. Этот логический регресс может закончиться только в одной точке — в абсолютной власти.

Суверен определяет законы, судит, объявляет войну и заключает мир. Он не связан законами, которые сам издает, поскольку он является их источником. Означает ли это тотальное рабство подданных? Гоббс отвечает: нет. Свобода подданных сохраняется там, где закон молчит. Суверен не регламентирует каждый аспект жизни; в рамках установленных им правил человек свободен действовать по своему усмотрению. Но главное — подданные получили то, ради чего заключали договор — защиту от насильственной смерти. В суровой логике Гоббса даже тирания одного несравненно лучше, чем анархия и война всех против всех. Без сильного суверена общество обречено вернуться в состояние природы. Таким образом, пройдя полный логический путь от анархии до абсолютизма, мы можем подвести итоги и оценить значение этой мрачной, но влиятельной доктрины.

В итоге вся философская система Томаса Гоббса представляет собой стройную и неумолимую логическую цепь. Первоначальный хаос гражданской войны породил в нем экзистенциальный страх. Этот страх лег в основу его антропологии и пессимистичного описания естественного состояния как войны всех против всех. Ужас этого состояния, в свою очередь, рационально и с необходимостью потребовал заключения общественного договора и создания всемогущего суверена — Левиафана — как единственного гаранта мира и порядка. Несмотря на мрачность выводов, Гоббс стал одним из основателей современной политической философии, в частности, теории общественного договора и юридического позитивизма, где право определяется волей суверена, а не абстрактной справедливостью. Его идеи оказали огромное влияние на всю последующую политическую мысль, заставив даже тех, кто яростно с ним спорил, отвечать на поставленные им фундаментальные вопросы о природе власти, человека и государства.

Список литературы

  1. Гоббс Т. Соч.: В 2 т. Т. 2. — М.: Инфра-М, 1991.
  2. Коников И. А. Материализм Спинозы. — М.: Дело, 1971.
  3. Нарский И. С. Западноевропейская философия XVII века. — М., 2004.
  4. Делёз Ж. Критическая философия Канта: учение о способностях. Бергсонизм. Спиноза. М.: Юнити, 2000.
  5. Бучило Н.Ф., Кириллов В.И. и др. Философия в двух частях. Часть 2: Социальная философия. – М.: Юристъ, 2002.
  6. Лешкевич Т.Г. Философия общества: традиции и новации. — М.:ПРИОР, 2002.
  7. Шаповалов В.Ф. Основы социальной философии. – М.: ТД “ГРАНД”, 2002.
  8. Философский энциклопедический словарь / под ред. Е.Ф. Губского. – М.: Инфра-М, 2001.

Похожие записи