С окончанием Холодной войны Арктика превратилась из периферийной зоны военного противостояния в регион с огромным стратегическим значением. Для Норвегии, члена-основателя НАТО, имеющего протяженную сухопутную и морскую границу с Российской Федерацией, это создало уникальный внешнеполитический вызов. Вся современная стратегия Осло представляет собой сложное и прагматичное балансирование между двумя фундаментальными векторами: с одной стороны — незыблемая верность атлантической солидарности и обязательствам в сфере безопасности, с другой — насущная необходимость выстраивать добрососедские и конструктивные отношения с Россией. Данный анализ, охватывающий период с 1991 года по настоящее время, ставит целью исследовать этот дуализм. Основные задачи работы: проанализировать истоки и эволюцию норвежской «северной стратегии», изучить ключевые направления сотрудничества и противоречий с Россией, а также определить роль многосторонних форматов, таких как Арктический совет и Совет Баренцева/Евроарктического региона (СБЕР), как ключевых инструментов для реализации этой политики баланса. Исследование опирается на официальные доктринальные документы Норвегии, двусторонние договоры и заявления официальных лиц.

Исторический контекст формирования современной доктрины Норвегии

Чтобы понять текущую политику Норвегии, необходимо обратиться к ее историческим основам, которые сформировали два главных и, на первый взгляд, противоречивых направления ее внешней политики. Окончание Холодной войны стало точкой отсчета. Осло, оставаясь верным союзником по НАТО, начало искать новые пути для взаимодействия с постсоветской Россией.

Этот поиск опирался на прочный фундамент исторически беспроблемных отношений. Примечательно, что именно Россия стала первой державой, признавшей полную независимость Норвегии в 1905 году. В свою очередь, Норвегия одной из первых на Западе признала суверенитет Российской Федерации 16 декабря 1991 года. Особую значимость имеет тот факт, что общая граница, установленная еще в 1826 году, никогда не становилась предметом военных конфликтов. В начале 2000-х годов двусторонние отношения развивались поступательно, что ознаменовалось объявлением 2002 года «годом России» со стороны МИД Норвегии.

Параллельно этому курсу на сближение, членство в НАТО всегда оставалось краеугольным камнем норвежской политики безопасности. Этот атлантический вектор воспринимался как безальтернативная гарантия суверенитета страны. Однако уже в середине 1990-х годов в отношениях с Россией возникли первые сложности, вызванные планами расширения НАТО на восток и рядом нерешенных экономических вопросов. Именно в этом переплетении глубоких исторических связей с Россией и стратегической зависимости от Североатлантического альянса и зародилась современная доктрина балансирования.

Концептуальные основы Северной стратегии Норвегии

Для реализации своей сложной политики Осло разработало четкую доктринальную рамку — «северную стратегию». Впервые представленная в 2006 году и обновленная в 2017-м, она определяет Арктику как важнейший стратегический приоритет страны. В основе стратегии лежат три ключевых принципа:

  • Присутствие: Поддержание как военного, так и гражданского присутствия в северных регионах для утверждения суверенитета и обеспечения социального развития.
  • Деятельность: Активное поощрение экономической, научной и исследовательской деятельности в Арктике.
  • Знание: Стремление стать лидером в области научных исследований климата, экологии и ресурсов Арктики.

Долгосрочные цели этой доктрины включают поддержание мира и стабильности на основе международного права, обеспечение устойчивого экономического развития, в том числе в энергетической и рыболовной отраслях, а также защиту уникальной арктической экологии и прав коренных народов. Ключевой элемент стратегии — это установка на лидерство в международных арктических процессах и активное вовлечение других государств, в первую очередь России, в конструктивное сотрудничество. Таким образом, сама доктрина изначально закладывает механизм баланса, где национальные интересы реализуются через широкое международное взаимодействие.

Опора на Атлантику как императив безопасности

Первым и наиболее мощным вектором норвежской политики является опора на трансатлантические связи. Членство в НАТО рассматривается в Осло как безальтернативная основа национальной безопасности, особенно с учетом географической близости к стратегически важным базам российского Северного флота. Этот фактор делает Россию ключевым элементом при военном планировании Норвегии. На практике атлантическая солидарность проявляется в регулярном участии норвежских вооруженных сил в учениях НАТО, модернизации армии и флота по стандартам альянса и готовности размещать на своей территории союзническую инфраструктуру.

Однако именно эта приверженность коллективной обороне создает основное напряжение в Арктике, которую сама же Норвегия стремится позиционировать как «территорию диалога». Для России усиление военной активности НАТО у ее северных границ является источником беспокойства, что ведет к ответным мерам и общей милитаризации региона. Ситуация усугубилась после 2014 года, когда введение санкций серьезно охладило двусторонние отношения и практически заморозило диалог по военной линии, усилив атмосферу недоверия.

Прагматизм в действии и контуры сотрудничества с Россией

Несмотря на разногласия в сфере безопасности, второй вектор норвежской политики — прагматичное сотрудничество с Россией — никогда полностью не прерывался. Наиболее ярким примером такого подхода стал Договор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане, подписанный в 2010 году. Этот документ поставил точку в многолетнем споре и открыл новые возможности для совместной экономической деятельности.

Сотрудничество охватывает множество жизненно важных сфер:

  1. Энергетика: До введения санкций активно прорабатывались совместные проекты по разведке и добыче углеводородов на арктическом шельфе.
  2. Рыбные ресурсы: Успешно действует совместная комиссия по рыболовству, которая на протяжении десятилетий регулирует вылов в Баренцевом море, что является образцом эффективного управления общими ресурсами.
  3. «Мягкая» безопасность: Ведется активная работа в области охраны окружающей среды, ядерной и радиационной безопасности (включая утилизацию наследия Холодной войны), а также в сфере совместных научных исследований и образовательных программ.

Важно отметить, что даже в периоды максимальной политической напряженности сохранялись контакты на высоком уровне, например, встречи министров иностранных дел. Это демонстрирует осознанное стремление Осло отделять сферы практического интереса от военно-политических разногласий.

Многосторонние форматы как инструмент синтеза и баланса

Для того чтобы совмещать столь разные политические курсы, Норвегия мастерски использует многосторонние площадки, которые служат своего рода «демилитаризованными» зонами для диалога. Ключевую роль здесь играют две организации.

Арктический совет — это главный межправительственный форум для развития сотрудничества в регионе. Норвегия использует его для продвижения своих приоритетов (экология, устойчивое развитие, научные исследования) и вовлечения России в общую повестку, основанную на международном праве. Важно, что вопросы военной безопасности намеренно вынесены за рамки мандата Совета, что позволяет вести конструктивный диалог даже при наличии разногласий по линии Россия-НАТО.

Совет Баренцева/Евроарктического региона (СБЕР) является уникальным инструментом для трансграничного сотрудничества. Он объединяет не только страны, но и северные регионы Норвегии, Швеции, Финляндии и России, способствуя развитию прямых контактов в экономике, культуре, образовании и защите прав коренных народов. Для Норвегии СБЕР — это эффективный инструмент «мягкой» интеграции северо-западных регионов России в общеевропейское пространство сотрудничества, что способствует укреплению стабильности на общей границе.

Адаптация стратегии к современным вызовам

После 2014 и особенно после 2021 годов внешнеполитическая среда для Норвегии кардинально усложнилась. Усиление блокового мышления, рост военной активности в Арктике и глубокий кризис доверия между Россией и Западом поставили стратегию балансирования под серьезное давление. Санкции и контрсанкции заморозили ряд перспективных экономических проектов, особенно в энергетической сфере.

Тем не менее, правительство Норвегии, сформированное после выборов 2021 года, продолжило заявлять о важности поддержания диалога с Россией. Эта позиция демонстрирует, что Осло, несмотря на внешнее давление, не отказывается от своей двуединой стратегии. Баланс сместился в сторону сдерживания в рамках НАТО, однако каналы коммуникации не были разорваны полностью. Cтратегия видоизменилась: сотрудничество стало более сфокусированным, концентрируясь на тех узких сферах, где взаимные интересы неоспоримы — управление рыбными запасами, вопросы климата, поисково-спасательные операции и ядерная безопасность. Это доказывает, что стратегия балансирования не отменена, а адаптируется к новым, более сложным реалиям.

Внешняя политика Норвегии после Холодной войны представляет собой последовательную и прагматичную стратегию балансирования между двумя опорами: членством в НАТО как гарантией «жесткой» безопасности и необходимостью выстраивать конструктивный диалог с Россией как с непосредственным соседом в стратегически важном Арктическом регионе. Исторические связи и общие экономические интересы не позволяют Осло сделать выбор в пользу лишь одного из векторов.

Как показал анализ, эта двойственная стратегия реализуется через четкую доктрину («северная стратегия»), разделение политики на трек сдерживания (НАТО) и трек сотрудничества (двусторонние отношения с РФ), а также через активное использование многосторонних площадок (Арктический совет, СБЕР) как механизма для их синтеза. Несмотря на растущую геополитическую напряженность, Норвегия сохраняет приверженность этому курсу, поскольку географическое положение и экономические интересы делают односторонний выбор контрпродуктивным. Вероятно, в будущем эта стратегия сохранится, но ее реализация потребует от норвежской дипломатии еще большей гибкости и концентрации на узкоспециализированных направлениях взаимодействия.

Список использованной литературы

  1. Борисов П. Взять и поделить. Россия и Норвегия уладили сорокалетний пограничный спор // URL: http://lenta.ru/articles/2010/04/28/borders/
  2. Воронов К.В. Евроинтеграция Норвегии: особый курс малой страны. М.: Прогресс-традиция, 2008.
  3. Гуас Н. ЕС и Норвегия — лицом друг к другу // URL: http://www.pism.pl/pdf/Europa 13 Ghouas.pdf
  4. Емельяненко В. Ледяная лихорадка // Профиль. 2007. №29 от 13 августа.
  5. Интервью А.Яковенко по российско-норвежским отношениям // URL: http://www.rian.ru/a_yakovenko/20050617/40538663.html
  6. Комлева Н.А. Арктические стратегии северных стран имеют много общего. Сравнительный анализ // URL: http://regnum.ru/news/1405473.html
  7. Кононенко Т. Регионы России. Проблемы Крайнего Севера // URL: http://viperson.ru/wind.php?ID=287677&soch=1
  8. Ланко Д.А. Процессы глобализации, регионализации и локализации вокруг Балтийского моря. СПб.: Издательство С.-Петерб. ун-та, 2008.
  9. Москва не ослабит своих позиций на Шпицбергене // URL: http://www.rg.ru/2006/03/23/shpitzbergen.html
  10. Норвегия и Россия должны развивать сотрудничество // URL: http://www.morvesti.ru/detail.php?ID=31465
  11. Норвегия поддержала санкции ЕС против России // URL: http://slon.ru/fast/economics/norvegiya-podderzhala-sanktsii-es-protiv-rossii-1141569.xhtml
  12. Петтершен Т. Военное сотрудничество на Крайнем Севере // URL: https://barentsobserver.com/sites/barentsobserver.com/files/attachments/br2012_chapter6_rus_0.pdf
  13. Российско-норвежские отношения // URL: http://www.norway.mid.ru/ru/rn-politics.html
  14. Россия и Норвегия будут изучать Арктику с трех дрейфующих станций // URL: http://tass.ru/nauka/1664606
  15. Сенинский С. Норвегия по-прежнему не стремится в Евросоюз // URL: http://www.svoboda.org/content/article/25087581.html
  16. Тынянова О.Н. Арктический контект территоиальной безопасности: приарктические регионы России в новой геополитической реальности // ЭТАП: экономическая теория, анализ, практика. 2011. №4. С. 110-120.
  17. Фарберова К. Как изменилось отношение к русским за границей // URL: http://www.the-village.ru/village/situation/benchmarking/162176-chto-inostrantsy-dumayut-o-russkih
  18. Харлампьева Н.К. Формирование транснациональной среды мировой политики в Арктическом регионе // Пространство и время в мировой политике и международных отношениях: материалы 4 Конвента РАМИ. Том 6. Под ред. А.Ю. Мельвиля. М.: МГИМО-Университет, 2007.
  19. Шпицберген // URL: http://www.arctic-info.ru/Encyclopedia/Article/spicbergen
  20. Annika Bergman Rosamond. Perspectives on Security in the Arctic Area // URL: http://www.diis.dk/graphics/Publications/Reports2011/RP2011-09-Arctic-security_web.pdf
  21. Barents Euro — Arctic Council // URL: http://www.beac.st
  22. BarentsObserver.com, 23 May 2011 // URL: http://barentsobserver.custompublish.com/norwegian-russian-naval-exercises-successful-and-effective.4923753-16149.html
  23. Norway Suspends Bilateral Military Activities with Russia until the End of 2015 // URL: https://www.regjeringen.no/en/aktuelt/Norway-suspends-bilateral-military-activities-with-Russia-in-2015/id2351002/

Похожие записи