Введение. Почему изучение самоощущения во времени у подростков-сирот является ключевой задачей психологии
Проблема социализации и полноценной интеграции в общество подростков, воспитывающихся в государственных учреждениях, остается одной из самых острых в современной педагогике и психологии. Несмотря на значительное внимание к этой теме, многие аспекты их личностного развития все еще остаются недостаточно изученными. Одним из таких слепых пятен является их внутреннее восприятие времени — то, как они видят свое прошлое, ощущают настоящее и представляют будущее. Именно поэтому данная дипломная работа посвящена исследованию особенностей временной перспективы подростков-сирот.
Понятие «временная перспектива» является ключевым конструктом для понимания самосознания и жизненных планов человека. Актуальность его изучения в подростковом возрасте обусловлена тем, что именно в этот период закладывается фундамент самоопределения, формируется осознание себя и своей жизни в едином временном контексте. У обычного подростка этот процесс опирается на поддержку семьи и стабильное окружение. Но что происходит, когда этот фундамент отсутствует?
Главный тезис этой работы заключается в том, что травматичный опыт сиротства и условия депривации системно деформируют восприятие времени у подростков. Их прошлое наполнено болью, настоящее — нестабильностью, а будущее — неопределенностью. Это искажение влияет на все ключевые области развития: от формирования идентичности до способности строить долгосрочные планы и профессионально самоопределяться. Цель нашего исследования — доказать и детально описать эту деформацию. Для этого мы последовательно проанализируем теоретические основы понятия временной перспективы, раскроем психологические особенности подростков-сирот, а затем представим результаты эмпирического исследования, подтверждающие наши гипотезы.
Глава 1. Теоретический фундамент. Как наука объясняет феномен временной перспективы
Чтобы понять глубину проблемы, необходимо сначала определить центральное понятие — временную перспективу. В психологии временная перспектива определяется как совокупное видение индивидом событий своей жизни, представленных в определенной временной последовательности. Это не просто часы или календарь, а субъективная, внутренняя картина времени, которая определяет наши решения, мотивацию и поведение. Базовая структура этой перспективы состоит из трех взаимосвязанных временных локусов: прошлого, настоящего и будущего. Их сбалансированность и гармоничное взаимодействие являются залогом психологического благополучия личности.
В науке существует несколько ключевых подходов к изучению этого феномена, каждый из которых раскрывает его с разных сторон:
- Ситуационно-детерминированный подход (Ф. Зимбардо, Дж. Бойд): Рассматривает временную перспективу как устойчивую черту личности, которая, однако, может ситуативно меняться. Именно этот подход лег в основу нашего исследования, а методика Ф. Зимбардо (ZTPI) стала главным инструментом для оценки различных ее измерений: мотивационных, эмоциональных и когнитивных.
- Событийный подход (Е. И. Головаха, А. А. Кроник): Акцентирует внимание на том, как значимые жизненные события (как позитивные, так и негативные) выстраивают и структурируют индивидуальную картину времени.
- Образовательный подход (М. Р. Гинзбург, И. В. Дубровина): Исследует, как система образования и воспитания влияет на формирование представлений о будущем и способности к планированию у детей и подростков.
- Прогностический подход (Л. А. Регуш): Фокусируется на способности человека прогнозировать будущее и использовать эти прогнозы для регуляции своего поведения в настоящем.
- Экзистенциальный подход (О. В. Лукьянов): Рассматривает временную перспективу в контексте поиска смысла жизни и осознания собственной конечности.
Такое многообразие подходов подчеркивает сложность и важность данного конструкта. Для нашего исследования наиболее значимым является подход Филипа Зимбардо, поскольку его методика позволяет не просто констатировать ориентацию на прошлое, настоящее или будущее, но и определить ее эмоциональную окраску (например, «Негативное прошлое» или «Гедонистическое настоящее»). Это дает возможность количественно и качественно оценить, как именно опыт сиротства искажает внутреннюю картину времени.
Глава 2. Психологический портрет подростка в условиях депривации
Чтобы понять, почему временная перспектива у подростков-сирот деформируется, необходимо рассмотреть психологический контекст, в котором они растут. Отсутствие опыта жизни в семье и тотальная материнская депривация с раннего детства накладывают глубокий отпечаток на всю структуру личности. Эти дети сталкиваются с колоссальными сложностями в адаптации к жизни, которые проявляются на эмоциональном и поведенческом уровнях.
В эмоциональной сфере для них характерна крайняя неустойчивость. Подростки-сироты часто испытывают амбивалентные чувства, их эмоции могут стремительно меняться от эйфории до глубокого уныния, что делает их поведение непредсказуемым. Основой их мироощущения становится глубинный страх быть отвергнутым, который порождает высокий уровень подозрительности к окружающим. Они постоянно ожидают подвоха, не доверяют взрослым и сверстникам, что мешает им строить здоровые и стабильные привязанности.
Пережитая травма покинутости формирует защитную реакцию, которая, к сожалению, изолирует их от потенциальной поддержки и усугубляет чувство одиночества.
На поведенческом уровне эти эмоциональные проблемы проявляются в виде целого комплекса трудностей. Для таких подростков характерны:
- Импульсивность и трудности с самоконтролем: Неспособность откладывать удовольствие и планировать действия приводит к сиюминутным, необдуманным поступкам.
- Агрессивность: Часто является защитной реакцией на враждебный, как им кажется, мир.
- Повышенная тревожность и страхи: Постоянное ощущение незащищенности и неопределенности выливается в хроническую тревогу.
В наиболее тяжелых случаях этот комплекс проблем может приводить даже к суицидальным тенденциям. Таким образом, психоэмоциональное состояние подростка-сироты — это фундамент, построенный на травме, нестабильности и страхе. Именно на этой основе и формируется их специфическое, искаженное восприятие жизни и времени.
Формулировка проблемы и гипотезы исследования
Проведенный теоретический анализ подводит нас к ключевой проблеме исследования. С одной стороны, мы имеем конструкт временной перспективы, который является стержнем самосознания и способности к планированию. С другой — психологический портрет подростка-сироты, сформированный в условиях депривации и психотравмирующих событий. Логично предположить, что эти два аспекта тесно взаимосвязаны: условия, в которых растут эти дети, неизбежно должны отражаться на их восприятии времени.
Психотравмирующие события, особенно пережитые в детстве, могут вызывать у личности стойкое отсутствие желания планировать будущее. Когда прошлое ассоциируется с болью и потерей, а настоящее не дает ощущения контроля и стабильности, будущее перестает восприниматься как пространство возможностей и превращается в источник угрозы. Для подростков-сирот характерны ситуативность желаний и слабая ориентация на будущее. Фрустрация будущих перспектив становится прямым следствием пережитых психических травм.
Исходя из этого, мы выдвигаем основную гипотезу исследования: временная перспектива у подростков-сирот системно деформирована по сравнению с их сверстниками, воспитывающимися в полных семьях.
Для конкретизации этой гипотезы мы формулируем несколько частных гипотез:
- У подростков-сирот в структуре временной перспективы будут доминировать ориентации на «Негативное прошлое» и «Фаталистическое настоящее». Их прошлое будет восприниматься как источник травм, а настоящее — как нечто, что невозможно контролировать и на что бессмысленно влиять.
- Представления о будущем у подростков-сирот будут характеризоваться размытостью, краткосрочностью и отсутствием долгосрочного планирования. В отличие от сверстников из семей, их цели будут носить конкретный, утилитарный характер, не подкрепленный эмоциональным воодушевлением.
Именно проверке этих предположений и будет посвящена эмпирическая часть нашей работы.
Глава 3. Организация и методы эмпирического исследования
Для проверки выдвинутых гипотез было организовано комплексное эмпирическое исследование, построенное в соответствии с канонами научной работы. Процесс был разделен на три последовательных этапа, обеспечивающих логичность и достоверность полученных выводов:
- Теоретико-методологический этап: Включал в себя глубокий анализ психологической литературы по проблеме, уточнение понятийного аппарата и формулировку гипотез.
- Эмпирический этап: Непосредственное проведение исследования, сбор данных с помощью выбранных психодиагностических методик.
- Аналитический этап: Математико-статистическая обработка полученных данных, их интерпретация и формулировка выводов.
Базой для исследования стала выборка, состоящая из 100 подростков-сирот, воспитывающихся в государственных учреждениях. В качестве контрольной группы выступили подростки из полных семей, сопоставимые по возрасту и полу. Такой дизайн позволил провести сравнительный анализ и выявить специфические особенности, характерные именно для группы сирот.
Для сбора данных был использован комплекс взаимодополняющих методик, позволяющих получить полную и объективную картину:
- Опросник временной перспективы Ф. Зимбардо (ZTPI) в адаптации А. Сырцовой: Выступил как основной инструмент исследования, направленный на количественную оценку выраженности ориентаций на прошлое, настоящее и будущее (с учетом их позитивной и негативной модальности).
- Тест смысложизненных ориентаций (СЖО) Д.А. Леонтьева: Использовался как вспомогательная методика для оценки общего осмысления подростками своей жизни, наличия целей в будущем и удовлетворенности настоящим.
- Дополнительные методики: Применялись также другие опросники и анкеты для сбора социально-демографической информации и уточнения отдельных аспектов личности подростков.
Процедура исследования включала групповое и индивидуальное тестирование с соблюдением всех этических норм. Полученные данные были подвергнуты статистической обработке с использованием методов сравнительного анализа (например, t-критерия Стьюдента) для выявления статистически значимых различий между основной и контрольной группами.
Глава 4. Анализ полученных данных. Как прошлое и настоящее доминируют в картине мира сирот
Результаты эмпирического исследования полностью подтвердили выдвинутые гипотезы и позволили составить детальный портрет деформированной временной перспективы подростков-сирот. Сравнительный анализ данных, полученных с помощью опросника ZTPI, выявил статистически значимые различия между основной и контрольной группами по ключевым шкалам.
Наиболее яркие расхождения были зафиксированы по шкалам «Негативное прошлое» и «Фаталистическое настоящее», что напрямую свидетельствует о глубоком травматическом влиянии опыта сиротства.
У подростков-сирот показатели по шкале «Негативное прошлое» оказались значительно выше, чем у их сверстников из полных семей. Это говорит о том, что их прошлое не является для них ресурсом или источником теплых воспоминаний. Напротив, они склонны фиксироваться на травмирующих событиях, испытывая неприятие и даже отвращение к собственному жизненному пути. Большинство подростков, находящихся в ситуации депривации, демонстрируют именно такой повышенный уровень негативного отношения к своему прошлому.
Вторая ключевая особенность — высокие показатели по шкале «Фаталистическое настоящее». Это отражает их убежденность в том, что от них ничего не зависит, а жизнь подчинена внешним, неконтролируемым силам. Отсутствие опыта влияния на собственную судьбу в условиях интернатного учреждения формирует выученную беспомощность и пассивное отношение к происходящему. Они живут сегодняшним днем не потому, что наслаждаются им, а потому, что не верят в возможность что-то изменить.
Анализ их отношения к будущему также показал разительные отличия. Если у недепривированных подростков преобладают позитивные ожидания, воодушевление и ориентация на достижения, пусть и с неконкретными целями, то у сирот картина иная. Их цели чаще всего:
- Краткосрочны и конкретны: например, получить профессию в училище, чтобы быстрее начать зарабатывать.
- Лишены эмоционального подъема: будущее воспринимается не как пространство возможностей, а как очередная череда трудностей, которые нужно преодолеть.
- Мотивированы настоящим: их планы нацелены на решение сиюминутных проблем (обретение жилья, финансовая независимость), а не на долгосрочное личностное развитие.
Таким образом, эмпирические данные рисуют четкую картину: временная перспектива подростков-сирот зажата в тисках между болезненным прошлым и безнадежным настоящим, что практически не оставляет им пространства для построения светлого и осмысленного будущего.
Обсуждение результатов и практические выводы
Полученные данные позволяют сделать вывод о том, что неадекватность временной перспективы у молодых людей из числа детей-сирот является не случайной особенностью, а системным следствием их жизненного опыта. Выявленная фиксация на травмах прошлого и фаталистическое восприятие настоящего — это не просто черты характера, а глубокий защитный механизм психики. Не имея возможности изменить прошлое и контролировать настоящее, подросток бессознательно «отказывается» от будущего, чтобы избежать новых разочарований и боли. Наблюдается тенденция к проецированию травмирующих факторов в будущее, которое начинает восприниматься как источник угроз.
Почему это происходит? Ключевая причина кроется в отсутствии базового чувства безопасности и стабильной привязанности. Ребенок, растущий в семье, учится планировать, потому что его мир предсказуем. Он знает, что его поддержат, помогут, что завтрашний день наступит и будет похож на сегодняшний. У воспитанников детских домов этого опыта нет. Их жизнь полна перемен, потерь и неконтролируемых событий. В таких условиях формирование долгосрочной перспективы становится практически невозможной задачей. Психика выбирает путь адаптации через сужение временного горизонта до рамок «здесь и сейчас».
Результаты нашего исследования имеют высокую теоретическую и практическую значимость для психологов и педагогов, работающих с подростками-сиротами. Они показывают, что традиционные подходы, направленные на профориентацию и прямолинейное «планирование будущего», могут быть неэффективны или даже вредны. Бессмысленно заставлять подростка строить планы, если его психологические ресурсы полностью поглощены переработкой прошлого и выживанием в настоящем.
На основе полученных данных можно сформулировать следующие практические рекомендации:
- Приоритет — проработка прошлого: Психологическая работа должна начинаться с принятия и интеграции травматического опыта. Необходимо помочь подростку снизить уровень негативизма по отношению к своему прошлому.
- Формирование контроля над настоящим: Важно создавать ситуации успеха, где подросток может видеть результаты своих действий и чувствовать контроль над своей жизнью. Это может быть участие в проектах, волонтерская деятельность, развитие хобби.
- Постепенное расширение временного горизонта: Только после стабилизации настоящего можно переходить к построению планов на будущее, начиная с краткосрочных и конкретных целей и постепенно двигаясь к более отдаленным перспективам.
Таким образом, коррекция временной перспективы должна идти по пути «из прошлого через настоящее в будущее», а не наоборот.
Заключение
Проведенное исследование позволило всесторонне изучить проблему временной перспективы у подростков-сирот. Мы прошли путь от постановки проблемы, обусловленной недостаточной изученностью аспектов социализации этой группы, до ее эмпирического подтверждения и разработки практических рекомендаций. Теоретический анализ показал, что временная перспектива является ключевым конструктом личности, определяющим самосознание и жизненные стратегии. Эмпирическое исследование убедительно доказало, что этот конструкт у подростков-сирот системно деформирован.
Финальный и главный вывод работы заключается в следующем: искажение временной перспективы, выражающееся в фиксации на негативном прошлом, фаталистическом восприятии настоящего и размытости планов на будущее, является центральным психологическим следствием опыта сиротства в подростковом возрасте. Это не просто одна из многих особенностей, а ядро, вокруг которого формируются многие другие проблемы — от эмоциональной неустойчивости до трудностей с профессиональным самоопределением.
Безусловно, данное исследование имеет свои ограничения. Выборка, хотя и достаточна для статистических выводов, могла бы быть расширена. Важным шагом для дальнейших научных изысканий в этой области могло бы стать проведение лонгитюдных исследований, которые позволили бы проследить динамику временной перспективы у выпускников интернатных учреждений в процессе их постинтернатной адаптации. Тем не менее, настоящая работа вносит свой вклад в понимание глубоких психологических последствий депривации и указывает на конкретные мишени для психолого-педагогической помощи одной из самых уязвимых групп подростков.
Список использованной литературы
- Абульханова К.А. Время личности и время жизни / К.А. Абульханова, Т.Н. Березина. – СПб: Алетейя, 2001. – 304 с.
- Абульханова-Славская К.А. Стратегия жизни / К.А. Абульханова-Славская. – М.: Наука, 1991. – 229 с.
- Августин А. Исповедь / А. Августин // Об истинной религии. Теологический тракткт. – М.: Харвест, 1999. – С. 517 – 805.
- Аристотель. Метафизика: Переводы. Комментарии. Толкования / Аристотель. – СПб; Киев: Алетейя; Эльга, 2002. – 830 с.
- Байярд Р. Родители и подросток / Р. Байярд, Дж. Байярд // Подросток и семья. – М.: Бахрах-М, 2002. – С. 556 – 646.
- Бергсон А. Непосредственные данные сознания. Время и свобода воли / А. Бергсон. – М.: ЛКИ, 2012. – 226 с.
- Божович Л.И. Личность и её формирование в детском возрасте / Л.И. Божович. – СПб: Питер, 2008. – 400 с.
- Бондырева С.К. Будущее во временной перспективе студентов вуза / С.К. Бондырева // Мир психологии. – 2011 — №3. – С. 141 – 147.
- Васильева Ю.А. Особенности смысловой сферы личности при нарушениях социальной регуляции поведении / Ю.А. Васильева // Психологический журнал. – 1997. – Т. 18. — №2. – С. 58 – 78.
- Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти тт. / Л.С. Выготский. – М., 2012.
- Гераклит Эфесский. Всё наследие / Гераклит Эфесский. – М.: Ад Маргинем, 2012. – 350 с.
- Головаха Е.И. Жизненная перспектива и профессиональное самоопределение молодёжи / Е.И. Головаха. – Киев, 1988.
- Головаха Е.И. Психологическое время личности / Е.И. Головаха, А.А. Кроник. – Киев, 1984. – 208 с.
- Голубев А.М. Временная перспектива и мотивационные предпочтения / А.М. Голубев, М.Г. Казачанская // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: Психология. – 2009. – Т. 3. — №2. – С. 69 – 77.
- Горькая Ж.В. Ценностные ориентации и временная перспектива личности студентов разного профиля обучения / Ж.В. Горькая // Вестник Самарского государственного университета. – 2013. — №5. – С. 179 – 183.
- Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология / Э. Гусерль. – М.: Наука, 2013. – 496 с.
- Джемс У. Психология / У. Джемс. – М.: Педагогика, 1991. – 367 с.
- Дмитриева Е.Н. Особенности временной перспективы детей и подростков с детским церебральным параличом: Дис. канд. психол. наук. – Томск, 2006. – 211 с.
- Драгунова Т.В. Различные теоретические подходы к проблеме «кризиса» подросткового возраста / Т.В. Драгунова // Хрестоматия по детской психологии: От младенца до подростка. – М.: МПСИ, 2005. – С. 318 – 322.
- Духновский С.В. Влияние переживания критических ситуаций на развитие девиантного поведения подростков: Дис. канд. психол. наук. – Казань, 2002.
- Ершова Ю.Е. Временная перспектива проект жизни подростка / Ю.Е. Ершова // Сборники конференций НИЦ Социосфера. – 2013. — №26. – С. 45 – 48.
- Зейгарник Б.В. Теории личности в зарубежной психологии / Б.В. Зейгарник. – М., 2012. – 129 с.
- Камнева Е.В. Анализ психологического содержания временной перспективы в образе «Я» субъекта: В возрастном диапазоне от 6 до 18 лет: Дис. канд. психол. наук. – Тула, 2002. – 191 с.
- Кант И. Критика чистого разума / И. Кант. – М.: Эксмо, 2012. – 736 с.
- Караваева Л.П. Особенности представления о будущем в период середины жизни личности у людей с разной временной перспективой / Л.П. Караваева // Человеческий капитал. – 2013. — №4. – С. 23 – 27.
- Ковалёв В.И. Особенности личностной организации времени жизни / В.И. Ковалёв // Гуманистические проблемы психологической теории. – М., 1995. – С. 179 – 185.
- Ковдра А.С. Временная перспектива как предиспозиция психологической безопасности личности: Дис. канд. психол. наук. – Пятигорск, 2012. – 224 с.
- Левин К. Теория поля в социальных науках / К. Левин. – СПб: Речь, 2000. – 368 с.
- Лейбниц Г.В. Монадология. Опыт рассмотрения динамики / Г.В. Лейбниц // Сочинения: В 4-х тт. – М.: Мысль, 1982.
- Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков / А.Е. Личко. – СПб: Речь, 2013. – 256 с.
- Логинова Н.А. Развитие личности и её жизненный путь / Н.А. Логинова // Принцип развития в психологии / Под ред. Л.И. Анциферовой. – М., 1978. – С. 156 – 166.
- Магомед-Эминов М.Ш. Позитивная психология человека: В 2-х тт. / М.Ш. Магомед-Эминов. – М.: ПАРФ, 2007.
- Мамедова Ж.С. Взаимосвязь ценностных ориентаций и временной перспективы личности: На примере делинквентных подростков: Дис. канд. психол. наук. – М., 2007. – 193 с.
- Молчанов Ю.Б. Четыре концепции времени в философии и физике / Ю.Б. Молчанов. – М.. 1977. – 192 с.
- Ньютон И. Математические начала натуральной философии / И. Ньютон. – М.: ЛКИ, 2014. – 704 с.
- Нюттен Ж. Мотивация, действие и перспектива будущего Ж. Нюттен. – СПб: Смысл, 2004. – 608 с.
- Орлов А.Б. Развитие склонности и «временная перспектива» личности / А.Б. Орлов // Основные проблемы общей возрастной и педагогической психологии. – М., 1978.
- Парменид. О природе / Парменид // Фрагменты ранних греческих философов. – Ч. 1. – М.: Наука, 1989. – С. 289 – 298.
- Пиаже Ж. Речь и мышление ребёнка / Ж. Пиаже. – М., 2001. – 528 с.
- Платон. Избранные диалоги / Платон. – М.: Эксмо, 2013. – 768 с.
- Поливанова К.Н. Психология возрастных кризисов / К.Н. Поливанова. – М.: Академия, 2000. – 184 с.
- Приходнюк С.В. Особенности временных самооценок несовершеннолетних преступников / С.В. Приходнюк // Психология личности и время. – Т. 2. – Черновцы, 1991.
- Ремшмидт Х. Психология взросления / Х. Ремшмидт // Подросток и семья. – М.: Бахрах-М, 2002. – С. 232 – 356.
- Рябикина И.В. Особенности временной перспективы старшеклассников с разным уровнем учебной успешности / И.В. Рябикина // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. – 2007. — №43-2. – С. 207 – 212.
- Толстых Н.Н. Жизненные планы старшеклассников. Варианты временной перспективы / Н.Н. Толстых // Формирование личности старшеклассника / Под ред. И.В. Дубровиной. – М.: Педагогика, 1989. – С. 25 – 55.
- Толстых Н.Н. Развитие индивидуального хронотопа в детстве и юности / Н.Н. Толстых // Вопросы психологии. – 2010. — №2. – С. 30 – 45.
- Тропотяга П.А. Временная перспектива как факто профессионального становления личности / П.А. Тропотяга // Сибирский педагогический журнал. – 2007. — №14. – С. 378 – 390.
- Трубникова Н.И. Временная перспектива как важнейший компонент жизненного самоопределения / Н.И. Трубникова // Мир науки, культуры, образования. – 2010. — №5. – С. 137 – 138.
- Фельдштейн Д.И. Психология развития человека как личности: В 2-х тт. / Д.И. Фельдштейн. – Т. 1. – М.: МПСИ; МОДЭК, 2005. – 568 с.
- Фёдоров А.И. Временная перспектива в юношеском возрасте: Типологический подход: Дис. канд. психол. наук. – М., 1996.
- Фрейд А. Введение в детский психоанализ. Норма и патология детского развития. «Я» и механизмы защиты / А. Фрейд. – М.: Попурри, 2010. – 448 с.
- Фрейд З. Введение в психоанализ / З. Фрейд. – М.: Азбука, 2013. – 480 с.
- Фресс П. Восприятие и оценка времени / П. Фресс, Ж. Пиаже // Экспериментальная психология. – М.: Прогресс, 1978. – Вып. 6. – С. 88 – 130.
- Хайдеггер М. Бытие и время / М. Хайдеггер. – М.: Академический Проект, 2013. – 452 с.
- Хачатурова М.Р. Временная перспектива личности и выбор стратегий совладающего поведения в ситуации межличностного конфликта / М.Р. Хачатурова, А.К. Болотова // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. – 2011. — №10. – С. 241 – 249.
- Цукерман Г.А. Психология саморазвития / Г.А. Цукерман, Б.М. Мастеров. – М.: Интерпракс, 1995. – 288 с.
- Чудновский В.Э. О временном аспекте гармонического развития личности / В.Э. Чудновский // Психолого-педагогические проблемы становления личности и индивидуальности в детском возрасте. – М., 1980. – С. 60 – 67.
- Шаповаленко И.В. Психология развития / И.В. Шаповаленко. – М.: Юрайт, 2013. – 576 с.
- Ширяева О.С. Временная перспектива личности при разных типах оценки среды жизнедеятельности / О.С. Ширяева, Е.А. Навроцкая // Вестник КРАУНЦ. Гуманитарные науки. – 2011. — №2. – С. 108 – 118.
- Эйнштейн А. Сущность теории относительности / А. Эйнштейн // Собрание научных трудов: В 4-х тт. – Т. 2. – М.: Наука, 1966. – С. 5 – 82.
- Эльконин Д.Б. Психология развития / Д.Б. Эльконин. – М.: Академия, 2006. – 144 с.
- Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис / Э. Эриксон. – М.: Прогресс, 1996. – 344 с.
- Яничев П.И. Субъективные модели прошлого, настоящего и будущего в подростковом и юношеском возрасте / П.И. Яничев // Наш проблемный подросток / Под ред. Л.А. Регуш. – СПб, 1999.
- Frank L.K. Time perspectives / L.K. Frank // Journal of Social Philosophy. – N4. – P. 293 – 312.
- Lennings C.J. Profiles of Time Perspective and Personality: Developmental Considerations / C.J. Lennings // Journal of Psychology. 1998. – N132. – P. 629 – 641.
- Lennings C.J. Self-Efficacy and Temporal Orientation as Predictors of Treatment Outcome in Severely Dependent Alcoholics / C.J. Lennings // Alcoholism Treatment Quarterly. – 1996. – N14. – P. 71 – 79.
- Nuttin J. Le Fonctionnement de la Motivation Humaine / J. Nuttin // L’Orientation Scolaire et Professionelle. – 1985. – N14. – P. 91 – 103.
- Raynor J.O. Future Orientation, Self-evaluation, and Motivation for Achievement / J.O. Raynor. – State University of New York, Buffalo, 1976.
- Zimbardo P.G. Balancing One’s Time Perspective in Pursuit of Optimal Functioning / P.G. Zimbardo, I. Boniwell //Positive Psychology in Practice. – Hoboken; NJ: Wiley, 2004.
- Zimbardo P.G. Putting Time in Perspective: A Valid, Reliable Individual-Differences Metric / P.G. Zimbardo, J.N. Boyd // Journal of Personality and Social Psychology. – 1999. – N77. – P. 1271 – 1288.